Откуда это наставление? От «Медузы» или «Тредстоун»? Как ни напрягал свою память Борн, ответ на свой вопрос он так и не нашел. Но в данный момент не это имело значение.
Джейсон медленно повернулся на стуле и, оглядев зал, обнаружил свисавший со стены плакат с китайским иероглифом, означавшим цифру «5». Снова обернувшись к бару, он вынул записную книжку и шариковую ручку. Вырвал из книжки страницу и написал на ней телефонный номер одного из отелей Макао, выписанный им из журнала «Вояджер», врученного пассажирам судна на подводных крыльях. Затем начертил печатными буквами имя, которое вспоминал только в случае необходимости, и добавил: «Недруг Карлоса».
Опустив стакан под стойку, Борн вылил содержимое на пол и протянул руку за новой порцией. Когда его обслужили, он продемонстрировал еще большую щедрость.
— Спасибо большое! — поблагодарил бармен, кланяясь.
— Пожалуйста, — опять отмахнулся Борн и тут же подозвал жестом бармена поближе. — Не окажешь ли мне маленькую услугу? Это отнимет у тебя не более десяти секунд.
— Слушаю вас, сэр.
— Передай, пожалуйста, вот это крупье за пятым столом. Он мой старый друг, пусть узнает, что я здесь. — Джейсон сложил записку и вручил ее бармену. — Сделай одолжение, не пожалеешь.
— Это дарованная небом честь, сэр!
Борн наблюдал. Крупье взял записку, открыл ее на мгновение после ухода бармена и сразу же запихнул куда-то под стол.
Джейсону пришлось ждать долго. Бесконечно долго. Бармена сменили, и он ушел спать. Крупье перешел за другой стол, а через два часа и ему было позволено пойти отдохнуть. Затем, спустя те же два часа, место за пятым столом занял еще один крупье. Пол под Джейсоном к тому времени стал совсем мокрым от вылитого им виски. Учитывая весьма внушительный объем заказанного Борном питья, вполне логично было бы перейти теперь на кофе, а затем и на чай.
Часы показывали десять минут третьего. Еще один час, и он пойдет в тот отель, чей телефон указан в его записке, и снимет там номер, чтобы продолжить игру. Внимание его рассеивалось, тяжелели руки и ноги.
И вдруг усталость сняло как рукой. Наконец-то! К пятому столу приблизилась китаянка с разрезом на юбке, без чего не обходилась ни одна проститутка. Обойдя боком игроков в правом углу, она что-то быстро сказала крупье, и тот, потянувшись рукой под стол, незаметно передал ей сложенную записку. Женщина кивнула и направилась к двери казино.
«Безусловно, сам он в „Кам Пек“ не является, предпочитая посылать туда с деньгами уличную шлюху».
Борн оставил бар и двинулся за женщиной. Хотя на темной улице и были люди, по меркам Гонконга она могла бы считаться безлюдной. Джейсона от проститутки отделяло футов пятьдесят. Время от времени он останавливался, якобы разглядывая освещенные витрины, а потом снова устремлялся вперед, чтобы не упустить ее из виду.
«Не трогай первого в связующей цепочке. Те, что стоят за нею, не глупее тебя. Вполне возможно, что первый окажется нищим, довольствующимся за оказываемую им услугу несколькими долларами и не знающим ровным счетом ничего. Таким же может быть и второй, и даже третий. Настоящего же связника ты узнаешь сразу: он будет заметно отличаться от них».
К шлюхе подошел согбенный старик и прижался к ней. Она завопила разгневанно, вручая ему незаметно записку. Джейсон, притворившись пьяным, тотчас взял на прицел второго участника ночной эстафеты.
Через четыре квартала его выдержка была вознаграждена. Тот, кого он увидел на сей раз, действительно выглядел совсем по-другому. Это был невысокий, хорошо одетый китаец, чье плотно сбитое тело с широкими плечами и тонкой талией источало силу. Быстрота и четкость его движений, когда он расплачивался со старикашкой и пересекал улицу, служили предупреждением каждому, кто вздумал бы напасть на него. Но Борна это не могло остановить. Наоборот, сразившись с этим человеком, он вступал в непосредственный контакт с теми, кто что-то знал и мог вывести его на француза.
Джейсон находился на противоположной стороне улицы, ярдах в пятидесяти от связного. Поскольку осторожничать больше не имело смысла, Борн побежал и через несколько секунд нагнал связника. Сделал он это совершенно бесшумно: резиновые подошвы туфель приглушали звук шагов. Впереди был узкий проход между двумя строениями, занятыми, судя по темным окнам, под различные конторы. Джейсон должен был действовать решительно, но избегая лишнего шума: запоздалые прохожие, не ограничившись криками и бранью, могли и полицию вызвать. Впрочем, подобное вряд ли случилось бы: те, кто шатался праздно в сей поздний час, находились под воздействием винных паров и наркотиков, рабочим же, которые только что оттрубили смену и теперь стремились как можно быстрее добраться до дома, было не до уличных разборок.
Борн обошел свою жертву справа.
— Эй, послушай, я в связи с французом, — произнес Джейсон по-китайски. — У меня новости от него. Топай сюда, скорее!
