Архилектору Сульту
Главе Инквизиции его величества
Ваше преосвященство,
Осада Дагоски продолжается. Три дня подряд гурки проводят атаки на наши стены, каждая всё крупнее и решительнее предыдущей. Они стараются завалить наш канал галькой, пересечь его при помощи мостов, взобраться по лестницам на наши стены и подвести тараны к воротам. Трижды они атаковали, и трижды мы отбрасывали их. Гурки понесли тяжёлые потери, но они могут их себе позволить. Солдаты императора ползают по полуострову, как муравьи. Но всё же наши люди храбры, наши оборонительные сооружения сильны, наша решимость несокрушима, и корабли Союза по-прежнему курсируют в заливе, снабжая нас всем необходимым. Будьте уверены, Дагоска не падёт.
Касательно менее важного вопроса — вы будете, несомненно, рады узнать, что дело магистра Эйдер закрыто. Я откладывал исполнение приговора, предполагая возможность использовать её связь с гурками против них. К сожалению для неё, шансы, что такие тонкие меры принесут плоды, испарились, не оставляя нам возможностей её использования. Вид головы этой женщины, украшающей стены, может снизить боевой дух наших войск. Мы, в конце концов, представляем здесь цивилизацию. Поэтому с бывшим магистром гильдии торговцев пряностями покончено без лишнего шума, но, уверяю вас, окончательно. Никому из нас нет больше нужды уделять внимание ни ей ни её неудавшемуся заговору.
Как всегда, ваше преосвященство, служу и повинуюсь.
Занд дан Глокта
Наставник Дагоски
Около воды было тихо. Тихо, темно и спокойно. Небольшие волны плескались по опорам пристани, тихо поскрипывали доски лодок, с залива дул прохладный ветерок, тёмное море блестело в лунном свете под небом, осыпанном звёздами.
И не подумаешь, что несколько коротких часов назад в полумиле отсюда люди умирали сотнями. Что воздух разрывался от криков боли и ярости. Что даже сейчас развалины двух огромных осадных башен дымятся перед внешними стенами, и трупы разбросаны вокруг них, как опавшие осенью листья…
— Фффф. — Глокта почувствовал, что его шея щёлкнула, когда он повернулся и покосился во тьму. Практик Иней появился из тени между двумя тёмными зданиями, подозрительно оглядываясь и ведя перед собой узника — намного меньшего роста, сгорбленного, закутанного в плащ с капюшоном и со связанными за спиной руками. Две фигуры прошли по пыльному причалу и спустились на пристань, их ноги гулко стукали по доскам.
— Ладно, Иней, — сказал Глокта, когда альбинос подтащил своего узника. — Не думаю, что это нам ещё нужно. — Белая рука стащила капюшон.
