Прежде, чем их повесят полностью

Он повернулся и болезненно захромал по пыльному причалу, вглядываясь в тёмные здания. Интересно, практик Витари где-то там, наблюдает? Интересно, окажется ли этот маленький эпизод в её следующем отчёте архилектору? Он почувствовал, как по вспотевшей ноющей спине пробежала дрожь. Я-то в свой его уж точно не впишу, но разве это действительно важно? Ветер сменился, и Глокта почуял запах. Запах, который, казалось, теперь проникал в каждый уголок города. Резкий запах гари. Дыма. Пепла. Смерти. Без чуда никто из нас не покинет это место живым. Он оглянулся. Карлотта дан Эйдер уже шла по сходням. Что ж. Возможно один из нас всё же покинет.

— Всё идёт нормально, — пропел Коска с сильным стирийским акцентом, ухмыляясь через парапет на побоище за стенами. — В общем, вчера мы хорошо поработали.

Хорошо поработали. Под ними, по другую сторону рва, голая, выжженная, истерзанная земля была так утыкана арбалетными болтами, что казалась похожей на щетину на тёмном подбородке. Повсюду валялось осадное снаряжение. Сломанные лестницы, перевёрнутые тележки с рассыпанными камнями, сожжённые и изломанные плетёные щиты, втоптанные в твёрдую почву. До сих пор едва стоял остов одной осадной башни — косо торчавший из груды пепла каркас почерневших балок с опалёнными и изодранными кожаными обрывками, хлопавшими на солёном ветру.

— Мы преподали этим гуркским уёбкам урок, который они не скоро забудут, а, наставник?

— Какой урок? — пробормотал Секутор. И правда, какой урок? Мёртвые ничему не учатся. Трупы усеивали передовую гурков, примерно в двух сотнях шагов от внешних стен. Они валялись по всей ничейной земле, окружённые завалами изломанного оружия и доспехов. Их валялось прямо передо рвом так много, что можно было дойти от моря с одной стороны полуострова до моря на другой, ни разу не ступив на землю. В нескольких местах трупы лежали большими группами. Куда раненые заползали, чтобы укрыться за мёртвыми, а потом сами истекали кровью до смерти.

Глокта никогда не видел такой резни. Даже после осады Ульриоха, когда брешь была забита мертвецами Союза, когда гуркских пленников убивали десятками, когда сожгли храм с сотнями жителей внутри. Трупы валялись, сидели и лежали. Одних опалил огонь, другие согнулись в последней молитве, третьи просто валялись — их головы размозжили упавшие сверху камни. Одежда некоторых была разорвана и вывернута. Где они срывали рубашки, чтобы проверить раны, надеясь, что они не смертельны. Их надежды не оправдались.

Мухи тучами летали над телами. Сотни разных птиц прыгали, хлопали крыльями и клевали нежданное угощение. Даже здесь, высоко, на сильном ветру уже начинало вонять. Основа для кошмаров. Для моих кошмаров на несколько месяцев вперёд, можно не сомневаться. Если я столько протяну.

Глокта почувствовал, что его глаз задёргался, и он сильно выдохнул, потянув шею из стороны в сторону. Ладно. Надо продолжать сражаться. Сейчас уже немного поздно передумывать. Он осторожно выглянул за парапет и посмотрел на ров, крепко цепляясь свободной рукой за выщербленный камень, чтобы не упасть.

Плохо дело.

— Они там внизу уже почти засыпали канал и подобрались к воротам.

— Верно, — радостно сказал Коска. — Подтаскивают сюда ящики с камнями и пытаются столкнуть их. Мы едва успеваем их убивать.

— Этот канал — наша лучшая защита.

— И это верно. Хорошая была идея. Но ничто не длится вечно.

— Без него ничто не помешает гуркам установить лестницы, подкатить тараны и даже повести под стены подкопы. Возможно, придётся организовывать какие-нибудь вылазки, чтобы закапывать их обратно.

Коска посмотрел в сторону.

— Спускаться по стене на верёвках, надрываться в темноте, в двух сотнях шагов от позиций гурков? Вы об этом говорите?

— Что-то вроде того.

— Тогда желаю вам удачи.

Глокта фыркнул.

— Я бы пошёл, разумеется. — Он постукал тростью по ноге. — Но боюсь дни моего геройства далеко позади.

— Хорошо вам.

— Вряд ли. Нужно построить баррикаду за воротами. Это наша самая слабая точка. Думаю, полукруга примерно в сотню шагов от края до края будет достаточно для создания эффективной зоны поражения. Если им удастся пробиться, то мы всё равно сможем задержать их здесь, достаточно долго, чтобы отбросить назад. — Может быть…

— А-а-а, отбросить их назад. — Коска почесал сыпь на шее. — Уверен, добровольцы будут из кожи вон лезть за эту привилегию, когда придёт время. Но всё же, я прослежу, чтобы это было исполнено.