Прежде, чем их повесят полностью

— Могу ли я возразить? — Стириец слабо улыбнулся и сухо поклонился. — Благодарю. Не хочу вас разочаровывать, но ворота в руках хаддиша Кадии, и нескольких его самых преданных жрецов. Он сказал, что откроет их гуркам — это его фраза — "когда сам Бог прикажет". У вас не запланирован божественный визит? — По лицу Эйдер было очевидно, что не запланирован. — А что касается Цитадели, то она захвачена Инквизицией, ради безопасности верных подданных его величества, разумеется. То, что вы слышите снаружи, это мои практики. А что касается наёмников мастера Коски…

— На своих постах на стенах, наставник, как приказано! — Стириец щёлкнул каблуками и отдал безупречный салют. — Готовы отразить любую атаку гурков. — Он ухмыльнулся Эйдер. — Прошу прощения, что вынужден покинуть вашу службу в такой критический момент, магистр, но вы же понимаете, у меня было предложение получше.

Повисла напряжённая тишина. Виссбрук вряд ли изумился бы сильнее, даже если бы его ударила молния. Вюрмс с дикими глазами оглядывался по сторонам. Он сделал ещё шаг назад, и Иней шагнул к нему. Лицо магистра Эйдер побелело. Итак, погоня закончена, и лисы прижаты к стене.

— Вряд ли вам стоит удивляться. — Глокта комфортно откинулся в кресле. — О вероломстве Никомо Коски ходят легенды по всему Земному кругу. Сомневаюсь, что есть земля под солнцем, на которой он не предавал бы своего нанимателя. — Стириец улыбнулся и снова поклонился.

— Меня удивляет не его неверность, — пробормотала Эйдер, — а ваше богатство. Откуда оно у вас?

Глокта ухмыльнулся.

— Мир полон сюрпризов.

— Тупая ёбаная сука! — завопил Вюрмс. Его шпага наполовину обнажилась, когда белый кулак Инея врезался ему в челюсть и отбросил без чувств к стене. Почти в тот же миг двери открылись, и в комнату ворвалась Витари, а за ней полдюжины практиков с оружием наготове.

— Всё в порядке? — спросила она.

— На самом деле мы как раз заканчивали. Иней, убери пожалуйста мусор.

Пальцы альбиноса сомкнулись на лодыжке Вюрмса, и практик грубо потащил его по полу из зала совещаний. Эйдер посмотрела, как обвисшее лицо губернаторского сына скользит по плитам, а потом подняла взгляд на Глокту.

— Что теперь?

— А теперь камеры.

— А потом?

— Потом посмотрим. — Он щёлкнул пальцами и указал на дверь. Два практика протопали вокруг стола, схватили королеву торговцев под локти и невозмутимо выволокли из комнаты.

— Итак, — спросил Глокта, глядя на Виссбрука. — Кто-нибудь ещё хочет принять предложение посла о капитуляции?

Генерал, который всё это время тихо стоял, захлопнул рот, сделал глубокий вдох и вытянулся по струнке.

— Я простой солдат. Разумеется я подчинюсь любому приказу его величества или избранного его величеством представителя. Если, согласно приказу, нужно защищать Дагоску до последнего человека, я отдам всю свою кровь до последней капли, чтобы это исполнить. Уверяю, я ничего не знал о заговоре. Возможно, я действовал опрометчиво, но всегда честно, в меру своего понимания заботясь об интересах…

Глокта махнул рукой.

— Вы меня убедили. Это скучно, но убедительно. — Я и так сегодня потерял половину правящего совета. Если потеряю ещё, то буду выглядеть жадным. — Гурки наверняка начнут атаку с рассветом. Вам нужно следить за обороной, генерал.

Виссбрук закрыл глаза, сглотнул, вытер пот со лба.

— Я не забуду вашу веру в меня, наставник.

— Надеюсь, что не забудете. Ступайте.

Генерал быстро вышел из комнаты, словно беспокоился, что Глокта может передумать, и за ним последовали остальные практики. Витари нагнулась, подняла упавшее кресло Вюрмса и аккуратно задвинула под стол.

— Чисто сработано. — Она медленно кивнула сама себе. — Очень чисто. Рада, что была права насчет вас всё это время.

Глокта фыркнул.

— Ваше одобрение стоит для меня меньше, чем вы можете себе представить.

Её глаза над маской улыбнулись.

— Я не говорила, что одобряю. Я сказала только, что сработано было чисто, — она повернулась и не спеша вышла в коридор.

Остались только Глокта с Коской. Наёмник прислонился к стене, беспечно сложив руки на своём нагруднике, наблюдая за Глоктой с лёгкой улыбкой. За всё это время он не сдвинулся с места.

— Думаю, вы бы неплохо устроились в Стирии. Вы очень… безжалостны? Это правильное слово? В любом случае, — и он вычурно пожал плечами, — с большим нетерпением жду начала работы с вами. — До тех пор, пока кто-то не предложит тебе больше, да, Коска? Наёмник махнул рукой в сторону отрезанной головы на столе. — Хотите, чтобы я с ней что-нибудь сделал?

— Повесьте где-нибудь на внешних стенах, чтобы было хорошо видно. Пусть гурки поймут силу нашей решимости.

Коска цокнул языком.

— Головы на пиках, а? — Он стащил голову со стола за длинную бороду. — Никогда не выходят из моды.