Прежде чем нас разлучат полностью

— Эм, извини, не могу. — Смотрю на Эмму, потому что чувствую ее взгляд с того места, где она сидит в своем кресле между клиентами.

— Почему? — спрашивает Боуи, и Эмма приподнимает бровь.

— У меня планы, — медленно говорю я.

— С Такером?

Этот вопрос вызывает у меня желание швырнуть мобильник через весь салон, и единственная причина, по которой я этого не делаю, в том, что в данный момент я не могу позволить себе новый.

— У меня сейчас клиент. Можешь передать Кингстону, что я позвоню ему перед сном?

Очевидно, мне нужно сменить тему. Также очевидно, что Боуи настроен играть в игру, которая меня совершенно не интересует.

— Да, конечно. — Он отключается, даже не попрощавшись, и я смотрю на свой телефон.

— Дай угадаю, — говорит Эмма, и я смотрю на нее. — Звонил Боуи и хотел пригласить тебя поужинать с ним и Кингстоном?

— Как ты догадалась?

— Потому что Боуи — ревнивый идиот, который не хочет, чтобы кто-то имел то, что он считает своим, даже если он не заботился об этом.

— Это так раздражает. — Вздохнув, я начинаю наводить порядок на своем рабочем месте, готовясь сделать стрижку и укладку моей клиентке.

— Надо думать.

— Вчера Такер сказал мне, что Наоми тоже прислала ему сообщения.

— Они с Боуи заслуживают друг друга. — Ее взгляд блуждает по моему лицу, и она вздыхает. — Мне неприятно говорить тебе это, но они не остановятся. Если эти двое недовольны друг другом, они наплюют на то, что вы с Такером счастливы вместе.

— Знаю. Я просто не знаю, следует ли мне волноваться.

— Зачем тебе волноваться?

— Мы с Такером только начинаем узнавать друг друга. Сейчас все шатко, и…

— И ничего, — перебивает она меня. — Если у Такера хватит сил, он позаботится о том, о чем Боуи должен был заботиться все это время, и ни твой бывший, ни его не смогут помешать ему.

— Наверное, ты права.

— Конечно, права, и я вижу, что ты счастлива, Эм. Чертовски счастлива. Так что пусть Боуи греется в лучах славы, думая, что причинил тебе боль, но в конце концов ты осталась в выигрыше. К черту его и его запоздалые сожаления.

— Ты знаешь, как сильно я тебя люблю?

— Также сильно, как я люблю тебя. — Входит ее клиентка и Эмма встает, когда та машет рукой, остановившись у стойки администратора. — Итак, чем займешься сегодня вечером?

— Не знаю. Такер работает и не знает, когда у него будет выходной, но днем он прислал мне сообщение и сказал, что позвонит, как только освободится.

— Как-нибудь мы должны устроить двойное свидание.

— Было бы весело. Я поговорю с Такером.

Срабатывает установленный таймер, и я направляюсь к клиентке. У меня уходит еще час, чтобы с ней закончить, и как только она уходит, на стрижку и укладку приходит не запланированный посетитель, и, поскольку Кингстона нет дома, я ее обслуживаю. И я счастлива, когда она оставляет мне чаевые в пятьдесят долларов. Сейчас для меня каждый лишний доллар — выигрыш, потому что жизнь дорога, и даже с алиментами Боуи, забота за растущим мальчиком обходится мне не дешево.

Из салона я выхожу чуть позже пяти, и, поскольку от Такера ничего не слышно, посылаю ему сообщение, что направляюсь домой. К тому времени, когда я добираюсь до своего комплекса, меня уже ждет сообщение от него.

Такер: Меня не будет еще час. Как относишься к тому, чтобы приехать ко мне, и я приготовлю нам ужин?

Я: Звучит неплохо.

Идея мне нравится. Во-первых, потому что мужчина никогда раньше не готовил для меня, если не считать макарон с сыром или яичницу-болтунью, а это может быть именно то, что он планирует приготовить. А во-вторых, мне любопытно посмотреть, где он живет. Можно многое сказать о человеке по его дому, и я хочу узнать о нем все, что могу, и, вероятно, пребывание в его жилище даст мне это.

Когда я дохожу до ниши своей квартиры, на ступеньке, ведущей к квартирам над нами, сидит Кэрри. Увидев меня, она опускает голову, но не настолько быстро, чтобы я упустила тот факт, что она расстроена.

— Привет. — Я медленно приближаюсь к ней, и она вытирает щеки, глядя на меня. — Все в порядке?

Пару дней назад я познакомилась с ее отцом, пожилым мужчиной с массивным телосложением и усталостью, выгравированной на его лице. Во время знакомства он был очень любезен, и сказал мне, что работает по ночам, обычно уходит около шести и спит днем, когда он дома, поэтому я, вероятно, не буду его часто видеть. Он также сказал, что Кэрри часто бывает дома одна, потому что ее мама не присутствует в их жизни. Так я и предполагала, потому что ни разу не видела рядом с ними женщин, но это подтверждение заставило меня посочувствовать Кэрри, особенно в ее возрасте. Не то чтобы воспитываться отцом — это плохо, но когда ты девочка-подросток, тебе нужно внимание, любовь и совет, которые могут дать только мама или другая женщина.

— Ага. — Она отводит глаза, и я снимаю сумку с плеча и сажусь на ступеньку рядом с ней.

— Снова не можешь попасть в квартиру?

— Нет.

Она ерзает, сложив руки на коленях, и мне хочется дотянуться до нее, обнять, сказать, что все будет хорошо. Но не думаю, что она примет это от меня. Кроме того, не думаю, что это мое дело.