Я встаю под душ, холодная вода льется мне на голову, течет по шее, по спине, охлаждая разгоряченную кожу. Эд категорически отвергает все мои попытки задержать его дома, а теперь еще и считает меня чудно́й. Так что же мне делать?!
Я выхожу из-под душа, вода капает на коврик, меня немного трясет от внутреннего холода. Завернувшись в полотенце, я возвращаюсь в спальню и вижу, что Эд уже надел футболку и шорты, хотя и не успел причесаться – мокрые волосы слегка взъерошены. Я подхожу совсем близко, нежно пропускаю между пальцев пряди влажных волос, скидываю полотенце на пол и всем телом прижимаюсь к Эду. Эд сразу напрягается, с шумом втягивает в себя воздух, а я тем временем с силой приникаю губами к его рту. Я чувствую явное сопротивление, похоже, Эд хочет, пока не поздно, отстраниться, но я, не желая сдаваться, обвиваю его ногой и еще сильнее впиваюсь ему в губы. Эд отвечает на мой поцелуй, его пальцы гладят мою спину, я выгибаюсь от наслаждения. Опустив руку, я начинаю потихоньку расстегивать его ремень, и тут Эд резко отодвигается.
– Зои, прекрати! У меня нет на это времени.
Но я, не обращая внимания на протесты, снова целую его. Эд отталкивает меня, с силой удерживая за плечи:
– Зои, прекрати, пожалуйста! Мне надо идти. Я не могу, не сейчас. Господи, умеешь ты выбрать момент!
– Да ладно тебе, Эд! Мы уже несколько месяцев не были близки. Уверена, ты хочешь меня. Умоляю, пойдем в постель!
– Нет, Зои. Это исключено. Уж не знаю, что на тебя сегодня нашло, но мне надо быть на работе, да и тебе тоже.
– Эд, но я люблю тебя.
Он смотрит на меня странным взглядом:
– Я знаю, но… Послушай, я бы с удовольствием провел с тобой день, если бы это пошло на пользу нашим отношениям, ведь они в последнее время были далеко не ах, и переломило бы ситуацию. Но мечтать не вредно, и вообще, мне пора на работу, да и тебе тоже. Зо, мы решим наши проблемы, обязательно решим, только не сейчас.
– Но у нас нет выбора. – Эти слова вырываются у меня сами собой.
– Что? – хмурится Эд.
– Ну почему не сегодня, почему не прямо сейчас? Почему сегодня не может стать тем самым днем, который навсегда изменит наши отношения к лучшему? Почему бы тебе просто не принять на веру, что игра стоит свеч, и не согласиться со мной, что сегодняшний день будет поворотным и сделает нас счастливыми до конца жизни? – Судя по озадаченному лицу Эда, он явно не понимает, о чем речь, а значит, я уже успела наговорить лишнего. – Я действительно не понимаю, почему этого нельзя сделать сегодня. Вот, собственно, и все. – Я обреченно пожимаю плечами и сажусь на кровать.
Эд остается стоять, не сводя с меня глаз.
– Но почему именно сегодня? – Он садится рядом и поворачивается ко мне. – Зои, что происходит? Есть что-то такое, чего я не знаю?
Мне безумно хочется все рассказать. Я представляю, как говорю Эду, что проживаю свою жизнь по второму разу и пытаюсь изменить ход событий, тем самым сохранив ему жизнь, а еще, что ему суждено погибнуть в этот самый день, а теперь мне позарез нужно задержать его дома. Чтобы спасти. Предотвратить неизбежное.
Нет, я решительно не могу позволить себе подобные откровения.
Эд ждет моего ответа, а у меня перед глазами стоит его разгневанное лицо, когда он вихрем вылетел из дому в тот злополучный день. В последний раз, когда я видела его, он был жутко зол на меня и мы ненавидели друг друга. Нет, я категорически не могу допустить повторения прошлого.
– Ну что ты! Мне нечего от тебя скрывать. Я просто… не хочу больше ссориться. Я хочу, чтобы мы снова любили друг друга, совсем как раньше.
– Зои, я действительно люблю тебя. Всегда любил и всегда буду любить. Но сейчас не самое подходящее время для выяснения отношений. Я очень хочу это сделать, конечно хочу, клянусь, и мы с тобой непременно во всем разберемся. Прямо сейчас у нас обоих по горло работы, но ведь скоро уик-энд, мы сможем провести его вместе, и над нами ничего не будет висеть. – Эд переводит дух. – Если честно, не понимаю, почему вдруг такая срочность. Давай лучше посмотрим правде в глаза. Это тянется уже так долго, что день-другой уж точно ничего не изменит.
– Еще как изменит! Конечно, я ничего точно не знаю, но внутренний голос подсказывает мне, что откладывать на завтра больше нельзя.
Я вовсе не ожидаю, что он станет меня слушать. Чего ради? Лично я точно не стала бы. Но попытка не пытка.
Эд качает головой:
– Прости, Зо. Мне надо на работу. Но, послушай, почему бы нам обоим не прийти пораньше и не устроить себе особый вечер – ужин при свечах и все такое? Я даже могу приготовить…
– Ладно, – нехотя соглашаюсь я.
– Вот и отлично.
Эд поворачивается ко мне спиной, и у меня обрывается сердце. Ничего не сработало. Он выходит из комнаты, а я изо всех сил напрягаю мозги, пытаясь придумать способ помешать ему сесть на этот чертов велосипед и навеки покинуть меня.
И тут меня осеняет.
