— Вот об этом и речь. Войну можно предотвратить, если ее противники будут полны решимости сделать это. Это требует предельного напряжения сил от каждого из нас, а вы, товарищ рядовой, делаете слишком мало. И если вы в ближайшее время не станете серьезнее, мне придется вами заняться.
Цвайкант оглядывает всех присутствующих и изменившимся голосом, в котором уже нет былой уверенности, говорит:
— В принципе приходится с вами согласиться. Но дело в том, что до сих пор я не имел никакого отношения к воинской службе.
— В программе любого университета предусмотрена военная подготовка, — возражает Юрген.
— Разумеется, но есть масса способов увильнуть от нее.
Рошаль завершает разговор:
— Предлагаю рядовому Вагнеру взять над вами шефство, а вам советую проявлять побольше старания.
— Я проявлю…
Готовясь к проведению теста на наблюдательность и внимание, Юрген знакомится с сержантом Майерсом чуть ближе. Тест задуман как спортивное упражнение и включает восемь показателей. Он помогает выявить физические данные, волевые качества, выносливость и ловкость каждого солдата. С учетом результатов строится последующее индивидуальное воспитание и обучение.
Разработав тест, лейтенант знакомит с ним личный состав взвода, определяет последовательность выполнения упражнений, указывает на сложности теста, дает советы. А вечером, захватив гитару, направляется в лесок за казармой, садится на сколоченную кем-то скамью. Но поиграть ему не удается: сразу раздаются чьи-то шаги, голоса. По ним лейтенант узнает Майерса, который ведет солдат своего отделения. Командира взвода никто не замечает.
— Садитесь! — командует Майерс. — Постараемся за несколько минут расставить все по своим местам. Тест довольно простой, любой с ним справится. Это надлежит усвоить прежде всего. Предстоит несколько раз подтянуться, пробежать несколько сот метров и сделать другие упражнения, о которых и говорить не стоит. Немножко усилий — и дело в шляпе! Заметьте, совсем немножко усилий.
Кое-кто из солдат пытается возразить.
— Прыжки у меня не получаются, — замечает один, а другой напоминает о требовании командира взвода отнестись к тесту как можно серьезнее.
Юрген прислушивается. Судя по всему, Майерс хорошо вошел в роль.
— Лейтенант по-своему прав, — говорит он, — требуя от нас полной отдачи. Но я рассуждаю так: мы изучаем новое ремесло, может, необычное, однако необходимое. И не нужно все это драматизировать.
Солдат не унимается:
— Значит, вы относитесь к тесту иначе, чем командир взвода?
— Что значит «иначе»? Вы, видно, не поняли меня. Если я что-то подчеркиваю, то только для того, чтобы это всем стало ясно. Понятно? Чтобы не было недоразумений. Иногда вещи представляются более сложными, чем они есть на самом деле. Так вот, до сих пор у меня было лучшее отделение и таким оно должно остаться! И запомните: лучшее отделение всегда имеет преимущества! И еще одно: стоит кому-либо отстать в прыжках, к черту летят показатели всего отделения. Случись такое со мной, я бы тренировался день и ночь, пока прыжки не стали бы для меня удовольствием. Интересы отделения — прежде всего. Я понятно говорю?
Майерс уводит отделение, а Юрген остается в своем укрытии. Он сопоставляет отношение к воинской службе Майерса и Барлаха. Да, они разные, но Юрген испытывает глубокое удовлетворение от того, что Майерс не позволил себе ни одной двусмысленности в его адрес.
На следующий день Юргена уже с утра дважды вызывают к телефону. Вначале звонит Лило Риттер. Она интересуется, как идет служба и что он делает вечером. Потом сообщает, что директор одобрил идею заслушать в школе доклад Юргена об армейской жизни и поручил ей предварительно переговорить с лейтенантом на эту тему. Так что до вечера. Он найдет ее в доме номер 17 по Вальдштрассе, что на окраине поселка.
Юрген озадачен, у него вертятся на языке вопросы, но Лило не желает ничего слушать и вешает трубку.
А полчаса спустя звонит Ингрид Фрайкамп.
— Вы уже переговорили со своим командиром? — спрашивает она. — В среду, в девятнадцать часов, репетиция. Она состоится в школе, в классе 10 «Б».
— Нет, я еще не получил разрешения.
— Но я надеюсь, у вас найдется время, товарищ лейтенант. Или нет?
— Найдется, найдется. Я все устрою. Вы довольны?
В ответ Ингрид смеется:
— Так в девятнадцать часов, класс 10 «Б». Там все и решим. Будет очень жаль, если вы не получите разрешения.
В обед Юрген заходит к капитану Мюльхайму.
Капитан явно не в восторге от идеи, которую ему излагает лейтенант. Когда Юрген умолкает, капитан подходит к окну:
— Не слишком ли много для начала? Вам не кажется?
— Я не напрашивался, товарищ капитан. Наоборот, мне предложили…
— И все же, товарищ лейтенант, давайте поговорим откровенно. Садитесь и отвечайте на мои вопросы.
Юрген присаживается. Он пытается придать своим ответам деловитость и объективность, но крайне смущается, когда Мюльхайм, изменив тему, интересуется, как дела во взводе, со всеми ли солдатами он успел познакомиться.
— Не со всеми, но с большинством. Понимаете, за два дня просто невозможно поговорить с каждым.
Капитан согласно кивает.
