Уве смотрит вниз и разражается таким хохотом, что чуть не падает, — Пегги стоит посреди глубокой лужи, даже щиколоток не видно. Он берет девушку на руки и несет, несмотря на ее энергичные протесты. В конце концов он находит сухой островок, поросший травой, и ставит туда Пегги:
— Ну что, здесь посуше?
Она снимает туфли, и Уве обтирает ей ноги пучками травы.
— Такое впечатление, что лес перебрался в болото. Найдем мы когда-нибудь уютное сухое местечко?
— Наверняка найдем.
Уве присаживается на корточки, смотрит на девушку снизу вверх и заявляет:
— Веснушка, мне кажется, ты дурачишь меня.
— Клянусь, что нет!
Уве берет ее лицо в свои ладони:
— Тогда покажи мне это уютное сухое место.
— При одном условии: ты будешь хорошо вести себя.
Он засовывает руки в карманы и заявляет обиженно:
— Давай вернемся к водопаду, где в любой момент может появиться какой-нибудь грибник или сказочный персонаж, заблудившийся в кительбахском лесу. Например, один из семи гномов или великан из сказки о храбром портняжке…
— А может, стойкий оловянный солдатик… — насмешливо продолжает Пегги, хватает туфли и бежит босиком, а брызги летят из-под ее ног во все стороны.
Уве не составляет труда догнать девушку, тем более что узкое платье мешает ей бежать быстро. Она хватает парня за руку и говорит, запыхавшись:
— Пойдем, это недалеко.
Сухое местечко представляет собой травяной ковер под елкой, свисающие ветви которой образуют шалаш.
— Ну и ну, — говорит он. — Вот какие уголки ты знаешь!
— Тут мы играли в индейцев. Я была женой вождя племени, пока не появился один бледнолицый генерал…
— И с тех пор ты тут не была?
— Нет, не была. Брось болтать чепуху, я могла бы тебя тоже кое о чем поспрашивать…
— Я задаю такие вопросы только потому, что люблю тебя.
— Если любишь, не болтай чепухи.
— Ты права. Целый день мы ищем сухое местечко, а когда находим, начинаем выяснять, почему оно такое сухое. Хочу спросить тебя еще кое о чем, Веснушка.
— Ну, спроси.
— Через два месяца я уезжаю. Ты знаешь об этом?
Она опускает голову:
— Знаю.
— На целый год.
Пегги некоторое время молчит, потом говорит:
— Знаю.
— И тебя это не трогает?
Пегги отвечает с улыбкой:
— А что изменилось бы, если бы это меня трогало? Разве мы можем быть уверены, что увидимся через год?
— Я-то уверен, — откликается он. — Но мне было бы куда легче служить этот год, если бы и ты, Веснушка, была в этом уверена.
— О моих чувствах тебе известно… А вот в твоих я не уверена. Уедешь, встретишь другую…
Уве откидывается на спину, сплетает руки на затылке:
— Старая песня! Эти неверные мужчины, особенно военные, ищут только удовольствий. Смотрите, девушки, не попадитесь им на удочку… Неужто ты тоже так думаешь?
— Вовсе нет.
— А разве нет девушек, которые заглядываются на других парней?
— Есть, конечно.
— Ну, вот видишь. А что же ты со мной споришь?
— Я? Это ты споришь со мной. Я только повторяю то, что говорят люди, но ко мне это не относится…
— Ко мне тоже. Поэтому давай обручимся с тобой. — Последние слова он произносит так, что их можно воспринимать и всерьез, и в шутку.
Пегги наклоняется к нему и спрашивает:
— Не слишком ли это старомодно, генерал?
— Ерунда! Обручение — это обещание пожениться. Что же в этом старомодного?
— А если я действительно хочу выйти за тебя замуж, с кольцом?
— Если хочешь — получишь и кольцо. Ты на самом деле хочешь этого?
Пегги кивает, подтверждая свое желание:
— Пройдет год твоей службы, и, если между нами ничего не изменится, я стану твоей женой, генерал!
— Когда же мы устроим наше обручение?
Пегги пожимает плечами.
— Вот что, — говорит Уве. — Ровно через две недели подходит срок пари, которое предложил мне Рыжий. Он действительно твой двоюродный брат?
— Разумеется.
— А может, и наши с тобой дети будут рыженькими? Такое ведь случается…
— Или зелеными, потому что я слишком долго гляжу на твою форму, — отвечает Пегги. — Рано говорить о детях, Уве. Я, конечно, не считаю, что для женитьбы надо непременно заручиться разрешением родителей, но не хочу, чтобы наши с тобой отношения вызвали скандал у меня в доме. Я хочу поддерживать связь со своими родителями и после замужества. Неплохо бы тебе познакомиться с ними, побывать у нас в гостях.
— Я тоже об этом думал. Но вдруг твой папочка начнет читать мне проповеди, учить, как жить.
— А твой отец будет читать мне проповеди, когда я явлюсь к вам в дом в качестве твоей невесты?
— И не подумает, как только увидит тебя.
— Мой тоже нет. Он слышал о тебе и хочет узнать получше. Было бы хуже, если бы он этого не хотел…
Уве согласно кивает:
— Все это, конечно, вещи серьезные, но мы могли поговорить о них там, в лесу. Почему ты решила показать мне сухое местечко только сейчас?
— Потому что мне не нравится стоять по щиколотку в луже — вот почему!
Первый день нового учебного года выдался жаркий. Все вокруг пронизано ласковым теплом уходящего лета.
