Я моргнула, вновь ошеломленная. Какого дьявола я этого не знала?! Роланд никогда не говорил, что сестры были близнецами. Почему он не сказал? В дневниках это тоже не упоминалось.
– Но отпечатки пальцев… копы бы их сопоставили, – возразила я.
– Не сопоставили бы: тело, скорее всего, было сильно раздутым, когда его нашли, – вклинился Бен.
Мы с Шелией одновременно глянули на него. Он пожал плечами и пояснил:
– Просто смотрел много криминальных сериалов. Если тело выловили из воды, то, вероятно, как следует провести анализ отпечатков пальцев не получилось. Может, ограничились ДНК.
– Точно, – кивнул Кэлвин. – И я думаю, с той чертовой скалы съехала Майли, а не Мелани. У Майли иногда возникали мысли о самоубийстве. Думаю, Мелани использовала сестру для отвода глаз, а сама удрала. Когда я узнал, что ее мужа вдруг обвинили в убийстве, подумал, что постаралась она сама: сбежала, собираясь начать все сначала, и устроила весь этот хренов переполох, чтобы разрушить его жизнь так же, как разрушила мою. Не знаю почему, но у нее это очень хорошо получалось. Хорошо получалось врать. – Он почесал собаку за ушами. – Наверное, муж чем-то действительно ее разозлил. Жаловаться, что тебя изнасиловали, – одно дело, но обвинение в убийстве? Тут надо быть просто отъехавшей. – Кэлвин усмехнулся. – Спорим, она где-то на частном острове, греется на солнышке и прекрасно себя чувствует, пока он страдает.
– Погодите… Так вы правда думаете, что Мелани жива и скрывается?
– Да просто уверен! Более чем. Она на многое способна и никогда не была склонна к самоубийству. Это больше похоже на Майли. Неизвестно, где она, и прошло уже много лет. Сомневаюсь, что кто-нибудь найдет ее или даже просто воспримет мои слова всерьез. – Кэлвин встал, собака поднялась вместе с ним. – Но насколько бы мне ни хотелось увидеть, как Мелани попадет в яму, которую сама вырыла, моя цель – жить нормальной жизнью и не иметь с ней ни хрена общего, поэтому разговор окончен, уходите.
Я встала, и Бен с Шелией сделали то же самое.
– Понимаю. Спасибо, что уделили нам время.
Бен и Шелия направились к двери, но я остановилась и обернулась к Кэлвину:
– Ох… Последняя просьба: не поможете ли связаться с Полин?
Если кто-то и знал, где Мелани, так это ее мать. Она должна была знать. К кому еще Мелани могла обратиться, ведь больше у нее никого не осталось?
– Да, – проворчал Кэлвин, неуклюже направляясь в узкий коридор. – Будем надеяться, телефон не поменялся. Подождите здесь.
Пес некоторое время глядел на меня, затем последовал за хозяином. Когда они скрылись, я обернулась к Шелии и Бену: оба смотрели с подозрением.
– Это недолго, – прошептала я.
В углу я заметила стол и направилась к нему. Он был аккуратным, как и весь остальной дом: блокноты сложены ровной стопкой, а ручки и карандаши сгрудились в пластиковом стаканчике. Я слышала, как Кэлвин роется в комоде, поэтому воспользовалась возможностью и открыла один из ящиков. Внутри не было ничего, кроме ручек и клейких листочков для заметок. Я открыла другой ящик: скрепки, магнит и маркеры «Шарпи».
– Что, мать твою, ты делаешь?! – прошипел Бен.
Я свирепо глянула в ответ:
– Тсс!
Через несколько секунд Кэлвин вернулся с блокнотом в руке. Он подошел к столу и, достав из стаканчика ручку, переписал номер на листок для заметок, а затем протянул листок мне:
– Надеюсь, сможете с ней связаться.
– Спасибо.
Я уже было сунула листок в сумку, но тут мой взгляд упал на цепочку у него на шее. Золотую цепочку, на которой висел кулон в виде голубки.
Кулон выглядел точь-в-точь как та подвеска на серьге, которую я нашла в ящике в ванной особняка.
Вот черт!
Словно заметив, куда устремлены мои глаза, он тоже посмотрел на цепочку, а затем спрятал ее под футболку.
– Это все? – Он сверлил меня взглядом.
– Да. Спасибо еще раз за то, что уделили время.
Я быстро прошла к порогу, где уже стояли Шелия и Бен, и мы поспешили прочь по подъездной дорожке.
Когда мы оказались в машине, я откинулась на спинку кожаного кресла, хватая ртом воздух.
– Самира? Самира! Что случилось?! – завопила Шелия, развернувшись ко мне.
– Я… На нем была…
– Дыши, Мира! Дыши!
Прижав руку к груди, я посмотрела в сторону дома. Уголок жалюзи на одном окне был приподнят, но он быстро опустился, как только я повернула голову. Кэлвин наблюдал за нами.
– Сматываемся. Сейчас же!
– Ни слова больше. – Бен завел машину и резко тронулся. – Этот мужик до жути странный.
Я посмотрела в окно на дом, затем на свои трясущиеся руки.
– Мира, что на нем было? – спросила Шелия, все еще глядя на меня.
– Цепочка. На ней кулон в виде… голубки.
– Так. И?
– У Мелани были украшения с голубками. Это эмблема линии одежды, которую она собиралась запустить.
– О черт! – закричал Бен. – Ты думаешь о том же, о чем и я?
– Да, мне кажется, он видел Мелани после того, как освободился.
– Думаешь, во всем виноват он?
