Еще несколько мгновений и с тяжелым вздохом, она плюхнулась, на другой край дивана, уронив голову на ладони. Ее идеально завитые кудри, упали поверх них.
Что и требовалось доказать. Эмоции еще никому не помогали принять правильного решения.
— Простите, — посмотрев на меня, сказала женщина. — На нервах вся. Вчера Максим звонил и угрожал, потом просил прощения. Говорил, что любит. Господи, как все сложно.
— Понимаю, — я пересела к ней поближе, откидывая с колен мокрое полотенце в сторону. — Но если Вы мне не доверяете, то нам будет крайне сложно работать. Не нужно нервничать. Пусть Загорский с вашим супругом нервничают.
— Конечно, доверяю, — пылко заверила она меня.
— Тогда идемте пить чай. У меня и завтрак есть. Мне есть, что рассказать Вам и снимите обувь, пожалуйста.
Инга, конечно, осознав свою маленькую оплошность, осмотрев, сколько наследила, принялась извиняться и предлагать свою помощь в уборке, от которой я, конечно же, отказалась. Это была бы интересная картина: моя клиентка моет у меня полы.
Мы, за чашечкой чая и оладьями, расположились на маленькой кухне. Инга с интересом разглядывала мои «хоромы», а потом все же сказала:
— Я думала, что адвокаты живут с другим размахом, учитывая их гонорары.
— На размах я еще не заработала, — рассмеялась я. — К тому же это съемная квартира. Я не так давно в Москве. Гонорары у всех разные.
— Вы не москвичка? — удивляется она.
— Нет. Из понаехавших, — отвечаю, и, не желая продолжать тему, перехожу к насущным делам, зная, что сейчас начнут задаваться вопросы, на которые я бы не хотела отвечать.
— Вчера адвокат вашего мужа, прислал мне свой вариант мирового соглашения. Во-первых, он готов дать Вам развод. В этом вопрос решен и разногласий нет. Соглашение я изучила. Это не совсем то, что мы ожидали, но подумать есть над чем.
Инга кивает, прихлебывая чай, уплетая оладьи. Поднимаюсь из-за стола и иду за бумагами. Как хорошо, что забрала их домой. Я обдумывала, как поступить, но пришла к единственному правильному мне решению. Не смотря на четкие указания Костика, я должна оставаться непредвзятым юристом. Пусть Инга сама принимает верное для себя решение, а уж о путях к этому решению я обязана ей поведать в силу своих профессиональных обязанностей.
— Константин Олегович меня предупредил об этом документе и условиях, которые ставят меня в крайне невыгодное положение, — заявляет она, став в одно мгновение неожиданно серьезной и жесткой, когда я протягиваю ей бумаги.
Ее слова заставляют меня некоторое время взирать на нее с недоумением, прежде чем до меня доходит их смысл. Ай-да, Костик! Ай да, молодец! Подстелил соломку. Ведь использует же ситуацию. Следующая догадка посещает меня молниеносно. Значит, Константин Олегович и не забыл о встрече с Загорским упомянуть. Как же подло. За этой мыслью, еще более странная и уж совсем неправдоподобная, но смысл в ней есть. А не Костик ли присылает мне эти письма?
— Я обязана Вас с ним ознакомить, — все же отвечаю, все еще держа соглашение в руках. — Качественное оказание услуг еще никто не отменял. Я подчеркнула ключевые моменты.
Она соглашается, выдергивая из моих рук бумаги. В глазах читается явное недовольство. Представляю, ее жалобы моему начальству. Пусть.
Терпеливо жду, поедая свой завтрак и покончив с ним, принимаюсь за мойку посуды. В конце концов, я у себя дома и у меня выходной. Думаю о Косте и своих подозрениях. Он так пытается удержать это дело, что любым качелям сейчас нет место. Все должно идти гладко, как и шло. Тогда все мои подозрения на счет любовницы Доронина, только лишь разыгравшаяся бурно фантазия. Волна очередных сомнений проходится по мне.
— Я должна это подписать? — спросила Инга Игоревна в очередном возмущении, закончив читать, через какое-то время.
— Не должны, но это не плохой вариант раздела имущества, — закрывая кран и вытирая руки полотенцем, говорю я. — В любом случае решать Вам. Если не согласны, то раздел будет проходить в судебной инстанции. Тут без вариантов. Тянуть время нет смысла.
— Я не пойду на это, — решительно заявила она. — Пусть суд решает, что и кому положено и в каких долях. Это соглашение выбросите в мусорное ведро.
Вот Костик порадуется.
— Уверены? — предпринимаю я еще одну попытку.
— Да. Я не хочу спасать этот брак больше.
Наша дальнейшая беседа занимает еще минут двадцать. Инга задает некоторые вопросы и мне приходится детально все разжевывать.
— Алена Дмитриевна, будете осторожны с Загорским, — уходя, предупреждает она меня.
Мне хочется мысленно закатить глаза, что в принципе я и делаю. Достали!
— Почему меня все им так страшают? Я не боюсь его, — говорю я, чувствую, что у меня скоро пар из ушей повалит.
— Он, прежде всего, очень красивый мужчина и кабель. Вот я о чем.
