Когда мы проходили небольшой коридорчик, увешанный картинами, с изображенными на них геометрическими фигурами, женщина неожиданно остановилась, и я чуть было не налетела на нее, т. к. отставала на один шаг. Наталья Леонидовна развернулась ко мне и требовательно посмотрела прямо в глаза.
— Алена, скажите правду. У этой стервы есть хоть один шанс забрать нашу внучку? — озвучила причину нашей маленькой остановки.
В глазах женщины плескалось неподдельное беспокойство и как бы мне не хотелось ее успокоить чисто по-человечески, но я не могла разглашать информацию, полученную от доверителя. С одной стороны, доверителем он был только на словах. Соглашение о сотрудничестве нами не было подписано еще пока. Но с другой, адвокатскую тайну еще никто не отменял в моей работе, и принцип ее действует, как только доверитель доверил определенные сведения.
— Наталья Леонидовна, Вы простите, но я не могу разглашать адвокатскую тайну, — ответила я честно. — Спросите у Кирилла Владимировича.
— Я мать и бабушка, — как-то обреченно произнесла она. — Кирилл ничего не рассказывает. Саша тоже молчит как партизан. Отказался вести это дело. Представляете, какой мы шок испытали. Кирилл даже деньги ему предлагал.
— Александр Владимирович поступил правильно, даже если Вам кажется, что это не так. На самом деле он свои решением стоит на страже семьи.
Мама Загорских смотрела на меня с непониманием, и я попыталась объяснить, как делал это совсем недавно сам Саша. Кто бы мог подумать, что я буду цитировать Загорского. Куда катиться этот мир, а я заодно с ним. Да еще и в припрыжку бегу. Кошмар!
— Очень сложно представлять интересы родственников. Эмоции порой перевешивают, а голова нужна трезвая и ясная. Тем более, когда дело касается детей.
— Да, Саша, Машку обожает, — согласилась женщина. Она, как и он хочет стать адвокатом, а сын говорит, что женщинам в этом профессии себя реализовать сложнее.
— Наверное, он прав. И шансы есть, но я Вам ничего не говорила.
Она заговоршицки подмигнула. За нашими спинами послышались шаги и женщина, снова схватила меня за руку и повела поскорее прочь. Наталья Леонидовна осталась без ответа.
Мы вошли в просторную гостиною, где уже был накрыт шикарный стол. Не только из пирогов. Запах еды стоял сумасшедший. И своим носиком я учуяла рыбный пирог, который обожала. К этому времени, отставшая от нас компания тоже подошла. И если Кирилл поравнялся со мной, коротко спросив, все ли у меня хорошо, то Оля с Сашей остались позади нас. Я буквально чувствовала, как мне в спину направлен пристальный взгляд обоих. Из всех сил выдавливала из себя равнодушие и спокойствие. Разве, что сердце билось быстрее. Этот же мелочи, правда ведь?
— Наконец-то! Умираю с голоду. Наташа корми своих мужчин уже, — возразил мужской голос, и я бросила в ту сторону короткий взгляд.
Во главе стола видный седой мужчина и пил коньяк из пузатого бокала и наблюдал за вошедшими. По большей степени за мной. Я была здесь новым лицом. Это внимание тоже пришлось потерпеть. Сама же согласилась остаться. В его глазах не было ни намека на настороженность. Лишь радушие, вперемешку с любопытством. Даже отсалютировал нам.
— Алена, знакомьтесь это мой муж Загорский Владимир Александрович, — взяла инициативу на себя Наталья Леонидовна, представив меня еще одному члену семьи. — Вова, Алена наш адвокат.
Вежливо кивнула в ответ. Владимир Александрович удивленный не выглядел и вопросов лишних не задал. Значит и глава семьи осведомлен, о причине моего нахождения здесь. Это даже к лучшему.
— Вов, ну ты как маленький, — шикнула жена на мужа него, забирая бокал. — Врач запретил. У меня уже мозоль на языке. Ребят, давайте за стол.
— Пятьдесят грамм коньяка, еще никому не повредили, дорогая, — ответил мужчина.
— Они вредят твоему сердцу и сосудам. Дай сюда и не серди меня, — продолжала ругать мужа жена и даже смешно топнула ногой, что вызвало на моем лице улыбку. Владимир Александрович вместо этого взял руку жены и приложил к губам, а после этого отдал пузатый бокал супруге, сказав ей, что она порой бывает занудой.
Наталья Леонидовна уже во второй раз пригласила всех за стол, а сама продолжала суетиться возле стола. Мне было отведено место с Кириллом. И в этом не было ничего удивительного. Ведь именно сегодня я была его гостьей. Он, как истинный джентльмен отодвинул стул для меня и помог сесть. Краем глаза, я смогла заметить, каким недобрым и въедлевым взглядом сверлил меня Загорский, а заодно и брата. Определенно, злясь на сложившиеся обстоятельства и мою выходку остаться на ужин. Во всяком случае, других причин для такого поведения мужчины, я не видела. С этим взглядом пришлось справиться и заставить себя радушно улыбаться, в том числе и ему.
