Я допила молоко в задумчивости. Опасения общины мне понятны: если охотники решат снова прийти, то ни у кого уже не хватит сил им противостоять, а потом отстраивать дома в третий раз. Неясно только, почему местные не заберутся в самую глушь. Горан вел меня от берега моря всего несколько часов — не такое уж большое расстояние. С земли, возможно, далеко, но ведь ищейки и на кораблях ходят.
— Не придут они сюда, — сказала Эгра, словно прочитав мои мысли. — Я после того раза зверей зачаровала, охраняют они нас.
Я снова поперхнулась, но уже воздухом.
— Как это?
— Волки, медведи, рыси, кабаны и многие другие стерегут границы тайги. Любое присутствие охотников на этой территории создаст такой хаос, что мы тут же узнаем об ищейках. В леса они толпой ходят, так толпой и погибнут.
Погибнут? Сердце заколотилось быстро-быстро. Роланд… Он посланник моей смерти, он отведет меня на казнь, но ему я гибели не желаю!
— Ты чего побледнела? — Морщинистые губы старухи растянулись в улыбке. — Тебе нечего бояться, Аянка. Жить здесь хорошо и спокойно, тем более ведьме. Всего два правила: не высовываться из тайги и не выходить ночами за порог дома.
— Почему не выходить? Я же… Вы ведь говорите, что мне больше некого бояться.
Эгра тяжело вздохнула. Разделила тесто на небольшие колобки, на горячую плиту поставила сковороду. Колобки сплюснула, выложила на них по ложке картофельного пюре и принялась их залеплять. Слепит два — и на сковороду. Масло шипело и брызгало, а по дому разносился аппетитный аромат.
— В общине нашей живут многие, — заговорила старушка спустя минуту молчания. — Вампиры сами по себе существа не злые, но под покровом ночи ввиду отсутствия человеческой крови жажда может затмить разум. Выпьют досуха — не спасешь. Оборотни… Ирон с братьями. Они охотятся в тайге, но ты разозлила Ирона. Он обиду не простит, и, если тебе не посчастливится попасться ему на глаза, когда он будет в звериной ипостаси, боюсь, что шанса на спасение тоже не будет. Мы стараемся не выходить ночами из домов, как договорились с самого основания общины. Их время — ночь, наше — день.
Первые горячие пирожки легли передо мной на тарелку. Несмотря на то, что я утолила голод кашей, я вгрызлась в румяный пышный бок и в мгновение ока слопала половину.
Не выходить до утра так не выходить до утра. Я все равно ночами предпочитаю спать. Слишком редко мне это удавалось.
Мыслями я снова вернулась к Роланду. За те первые семь лет, что ищейка неотрывно преследовал меня, я научилась понимать, когда он вот-вот явится. Внутреннее чутье подсказывало, и только последние три года оно тихо спало. Но сейчас снова проснулось — я волновалась, сердце тревожилось. Роланд рядом, и, если его не сожрут медведи…
— Как заговоренные звери узнают, что охотники в тайге?
— Они общаются между собой, — улыбнулась Эгра.
Я усмехнулась: так вот что значит выражение «птички напели».
Если Роланд попадется одной такой птичке и та сдаст его стае волков, то его можно не ждать. Но что, если ему удастся дойти до общины? Охотник ведь… Опытный. Наверняка магическими артефактами увешанный.
До наступления темноты было еще много времени, и я отправилась к Горану. Попрошу его показать мне тут все: пасеку, загоны для скота, пастбище да все остальное.
Горан встретил меня приветливо.
— А чего показывать-то? Ну, пасека вон там. — Он махнул рукой куда-то в сторону забора. — Пойдем, поглядишь, раз интересно.
Мы миновали несколько жилых участков и вышли на еще один огороженный, но очень большой. Повсюду ровными рядами стояли ульи. Над ними кружились черные точки, часть этих точек улетала от ульев, часть возвращалась. Жужжание раздавалось сразу отовсюду, будто и мы попали в улей. Пчел я видела и раньше, но полевых. Те обычно летали поодиночке, без собратьев.
— Двадцать три семьи, — с гордостью в голосе сообщил Горан. — Юрца заслуга! Он их на зиму в теплые сараи переносит, и за роями следит, и мед откачивает, мне знай себе в город отвози.
— Никто не помогает ему?
Не представляю, как можно в одиночку справляться с пчелами в таком состоянии: Юрец выглядел очень уж старым, едва на ногах стоял, и как только сил хватает работать?
— Отчего ж не помогают! Помогают. Ирон часто за роями следит. А у остальных и своих дел полно. Пойдем-ка, покажу.
Мы осмотрели все хозяйство. Свиные загоны, коровьи, курятники. Здесь держали овец и молочных коз, кроликов и гусей. Настоящая ферма расположилась внутри тайги на поляне. Огороженной, конечно.
— От хищников, — объяснил Горан.
Да мне и так это было понятно. Я уже потом узнала у Эгры, почему она не зачаровала зверье так, чтобы они не разоряли курятники да не лезли к скотине. Эгра сказала, что всех зверей ей зачаровать не под силу. Проще уж заборами ферму обнести.
— Неужели вы все это восстановили за пять лет? — удивлялась я. — Но как?
— Ищейки ничего не тронули. Ну, кроме жилых домов — и то, чтобы выкурить нас наружу. Хаос такой был… Кругом пожар, все кричат, дети плачут. Многим повезло скрыться в суматохе. Бороться с охотниками все равно невозможно, так что спасался кто мог.