– Ну и чего стоишь? – Ух, до чего строгий и неприятный. Как только у такого пня сухого дочка милая на свет появилась? – Ступай давай.
Я бы и рада, да вот знать бы куда ступать… Хоть прямо под землю перед ними проваливайся. Рассеянно оглянулась по сторонам, заприметила одну из дверей и уж хотела было туда юркнуть с глаз долой, но заметила, как князь Радимир покачал головой и указал пальцем совершенно в противоположную сторону. Благодарно кивнув, я припустила в указанном направлении.
За спиной Ярополк тут же завёл речь о делах важных, государственных, требующих немедленного внимания князя. Чем тише слова его были, тем сильнее был зуд меж лопаток. Кто ж таким взглядом тяжёлым буравит? Обернуться бы, да боязно. Вдруг Радимир? Да с чего бы ему на меня своё время тратить.
Просторное помещение вмещало в себя и кухню и склад, чтобы всё всегда под рукой было. В воздухе витали просто невероятные запахи. В печи румянился свежий хлеб, на вертеле подходило мясо, от аромата которого слюнки текли. И за всем этим великолепием приглядывала лишь одна женщина средних лет. В подчинении у неё были в основном ребятишки, никто не чурался работы, и мальчишки, и девчонки, каждый при деле был.
– Пока господ не накормлю, можешь зря дверьми не хлопать, – едва обернувшись и удостоив мимолётного взгляда, бросила мне кухарка.
– Меня Мирослава послала за узваром, схудилось ей.
Кому здесь больше почёта было: Мирославе ли, отцу её или Радимиру, то осталось мне неизвестным, но тотчас женщина переключилась на мои заботы.
– Что ж за напасть то! – всплеснула стряпуха руками и поспешила вытереть их о передник. Самолично отыскала мне ковш и кувшин с покатыми боками. – Ступай к Тимошке, он покажет тебе, какой посвежее.
В Великолучье мальчишек его возраста загнать нельзя на кухню, одно, знай себе, с лопухами на саблях сражаются, да крапиве бой дают. А этот стоит себе половником машет и не жалуется. Всё у них в горах не как у людей.
Склонилась над чаном дымящим, прикрыв глаза от услады. Ох и ароматный какой узвар! Потянулась к чёрной глади ковшом и замерла, вглядываясь в собственное отражение. Сама на себя не похожа, и всё же славно меня Гата подлатала.
От переносицы паутинкой расползлись белёсые шрамы. Бабушка сказала, что, если мазь использовать исправно, то и от них следа не останется. Поэтому, пока Мирослава в студёной воде в волю плескалась, я советам знахарки следовала, это меня и уберегло, наверное, от сильного озноба. Голова как чугунок ноет, а на своих двоих держаться силёнок всё же хватает.
То, что я сейчас не была похожа на прежнюю рыжеволосую, дерзкую на язык и скорую на руку Агнию, было ясно как день, но была ли я красива? Могла бы в таком обличье хоть кому приглянуться? Или он смотрел на меня лишь из жалости?
Непривычное, словно чужое, отражение грустно улыбнулось.
– Тебе помочь может? – подручный Тимошка глядел на меня почти как на юродивую. Не диво ли, девка рослая, а с ковшом не совладает. – Давай налью.
– Смотри пупок не порви от натуги, – взыграла во мне детская обида. Мальчонка фыркнул, но больше под руку не лез.
Я перелила осторожно ароматное варево в кувшин, поблагодарила старшую стряпуху и вышла. Во внутреннем дворике было пусто. Было бы наивно с моей стороны ждать, что меня дожидаться станут.
С обратной дорогой я справилась ловчее. Может, запомнила, а может, так боялась опять нарваться на Радимира или Ярополка, что чутьё само меня вело по коридорам. Лишь один раз мне по пути попался княжий дружинник, да и тот, едва меня завидя, свернул за угол и словно бы испарился.
– Мирослава, это я, – сначала поскреблась в дверь, как кошка, а не дождавшись ответа, толкнула бедром тяжёлую створку. – Мирослава?
Отрада горного княжества лежала на кровати, волосы её были размётаны, а дыхание тяжёлое, будто не спит, а бежит куда-то. Вина за собственное промедление легла на меня тяжёлой ношей, коснулась лба Мирославы – горит. На краткое мгновение меня охватила паника, кого звать и что делать. Постаралась припомнить, что делала нянюшка, когда мои сумасбродства мне боком выходили.
Схватила первый рушник, что под руку попался, намочила и стала её обтирать.
– Айка, это ты? – веки её дрогнули и Мирослава открыла глаза. – Помоги мне подняться.
Я устроила девушку на подушках и стала отпаивать горячим варевом. Помогла расчесать волосы и честно пыталась заплести косы. Непослушные пряди путались между дрожащих пальцев. Ох, и влетит мне, если с Мирославой что случится. Княжий советник позаботится, чтобы от меня ни пылинки, ни былинки не осталось на белом свете. Стоило только подумать о нём, как скрипнула дверь и на пороге показался Ярополк.
– Доброе утро, дочь. Ты почему ещё в постели? – брови его резко нахмурились. Мирослава попыталась было подскочить с мягких перин, да куда там. Покачнулась лихо и точно бы упала, если бы я её вовремя не поддержала.
– Мне нездоровится с утра, папенька.
– Надеюсь, к вечеру ты будешь на ногах?
У меня от его тона и требований даже челюсть отвисла. Вот так заботливый папенька.
– Я постараюсь, – растерянно проблеяла Мирослава.