На последней фразе мои глаза расширились. Я смутилась и опустила взгляд. Парень взял меня за руку и снова повторил: «Моя принцесса». Мне так хотелось улыбаться и прыгать от счастья. Но я всё же сдерживала себя, лишь время от времени хихикая. Чон Иль тоже посмеивался, глядя на меня. Мы неспешно шли по мосту и торжествующе помахивали нашими переплетёнными руками. Я то и дело оглядывалась по сторонам, запоминая нежные переливы воды, да и всё вокруг. Не хватало всех великолепных слов на всех языках мира, чтобы описать, как дивные волны танцевали в отблесках вечернего солнца, а ещё как моя душа пела фортиссимо.
Вдруг Чон Иль освободил свою руку и взлохматил себе немного волосы. Несколько раз прочистил горло, будто собираясь с духом, чтобы что-то сказать или спросить.
– Тебе нравится…
– Озеро? Да.
– Дана, я не договорил.
– Что?
– Тот парень из Японии, который с тобой в одной группе. Он тебе нравится?
– Ха. Издеваешься? Нет.
– Почему? Он тоже пианист. Вы играете одну музыку.
Я остановилась в центре моста и положила руки на перила. Глубоко вдохнула и выдохнула.
– Почему ты спрашиваешь о нём?
– Он сказал, что влюблён в тебя и что типа вы теперь вместе. Это было тогда, в тот вечер, когда ты ушла с ним. Не стала со мной разговаривать.
– А-а-а!
– Дана!
– Чон Иль. Чон. Чон, – прошептала я. – Ты ревнуешь?
– Во мне нет ни капли ревности. Это чувство мне незнакомо. Я просто спросил. – Кореец снова нервно растрепал свои чёрные волосы.
– Почему тебе не сказать правду? Я имею в виду, что ты ревнуешь меня, – произнесла я и, приподнявшись на цыпочки, пригладила его волосы на затылке.
– Нет. Я же сказал, что не знаю, что такое ревность.
– Давай, постарайся меня переубедить.
– Дана!
– Шин Чон Иль!
– Тсс! Не кричи. Здесь же полно народу.
– Я же не вопила: «Джун! Смотрите, это айдол Джун! Налетай брать автографы!».
Чон Иль громко рассмеялся. Боже, какой у него красивый смех! Я только теперь ощутила, как по моей коже проехали мурашки просто гигантского размера. Лишь любовь способна сводить человека с ума и делать таким чувствительным. И я тоже засмеялась. Мы обнялись.
– Да, я ревную тебя. Потому что ты лучшая девушка в мире. И я люблю тебя больше жизни. Не отдам тебя никому. Запомни это, – шептал Чон Иль мне в ухо.
Я вспомнила свой приступ ревности и гнева, когда увидела фотографию любимого парня с какой-то девчонкой. Этот флешбэк вызвал у меня очередную порцию хохота. Чон Иль слегка отодвинул меня и заглянул в мои глаза:
– Дана, я сказал что-то смешное?
– Нет. Просто я тоже тебя ревную. И вообще наша ссора в тот вечер произошла в первую очередь из-за Сэдэо. Это он мне неправильно перевёл подпись под твоей фоткой в журнале. Там была ещё милая кореянка рядом. Он сказал мне, что она твоя девушка. Поэтому я разозлилась тогда и не стала разговаривать с тобой.
– А-а. Наверное, с актрисой Хани. Я понял, о каком снимке речь. Этот японец посмел такое ляпнуть? Мне нужно с ним поговорить.
– Нет. Нет. Нет. Чон Иль, пожалуйста, пообещай, что не будешь разговаривать с Сэдэо. Я уже ему всё высказала, когда узнала правильный перевод того текста в журнале. Больше он не будет встревать в нашу жизнь. Я очень на это надеюсь, потому что ясно дала ему понять, что моё сердце занято.
– Правда! И кем же занято твоё сердце?
– Ты знаешь. – Нежно хлопнув парня по плечу, я снова облокотилась на перила моста.
Затем я наклонилась и посмотрела на озеро. В эти вечерние часы с чарующими солнечными лучами оно было восхитительно. Я увидела в воде своё отражение. Приподняв левую руку повыше, я изобразила половинку сердца. И сразу же почувствовала прикосновение к своим пальцам. Чон Иль присоединился правой рукой. Получилось целое сердце. Несколько минут мы неотрывно смотрели на его отражение в озере. Потом наши взгляды встретились. Парень ласково улыбнулся мне. В эту минуту у меня больше не было никаких сомнений в чувствах. Его притягательные чёрные глаза, сладкие пухлые губы, добрые слова и тёплые руки – всё в нём тянуло меня. Мы половинки друг друга. И никто не сможет переубедить меня в этом.
– Только ты в моём сердце, – тихо-тихо сказала я.
– Я так боялся потерять тебя. Когда ты не отвечала на мои звонки и сообщения, я сходил с ума. Не знал, что делать дальше. И лишь мысли о тебе дарили мне счастье. Я продолжал надеяться, что однажды мы сумеем понять друг друга и приблизиться к нашему счастью. Помнишь, как в моей песне?
Я была не в состоянии контролировать свои эмоции, слишком захватили меня дикие чувства. Я приподнялась на носочках и чмокнула парня в щёку. Чон Иль обнял меня за талию, и мы направились в сторону его автомобиля.
