– По рукам. Так какой план?
– Есть кое-какие медподрядчики… Да, впрочем, не так важно. Будет вам финансирование. Сколько необходимо?
– В обычных условиях я бы сказала сорок миллионов, но теперь, пожалуй, нужно не меньше восьмидесяти.
– Мне необходимо сделать пару звонков.
Остановив фургон, Майк вышел из-за руля. За спиной хлопнули три двери; на дорогу вышли Джон и двое ополченцев.
Майк бросил взгляд на непримечательную дверь склада.
Тут, значит?
– Мы с Джоном отойдем, – сообщил он солдатам. – Если у вас дела, можем позвонить, как закончим.
Оба были в джинсах, рабочих башмаках и в серых рубашках с нашивками – не бог весть что, но все-таки уже стандартная форма Сил обороны Аристилла. Старший из двух поправил ремень винтовки на плече.
– Мы подождем.
Майк кивнул.
– Готов? – Не дожидаясь ответа, он пошел вперед.
Джон в этот момент указал на нечто зафиксированное на стене и подался к бойцам.
– На «клэйморы» не лезьте.
Младший из двух против воли попятился.
Майк дошел до двери и задумчиво остановился. Интерком здесь где-то, что ли?
И вдруг, без предупреждения, рулонные ворота с лязгом поползли вверх. Через минуту перед ним предстало залитое светом помещение – с десятком гусеничных роверов. И с каждого – Майк не сразу заметил – в его сторону смотрели дула стволов. Не таких огромных, как у его «горгульи», зато к каждому вела пулеметная лента.
Майк с трудом удержался, чтобы не попятиться. Званых гостей Псы не тронут… но какой прием ждет незваных, дважды гадать не нужно.
Он усилием воли оторвал глаза от роверов и осмотрел помещение. Что-то здесь не то. Оно будто теснее, чем нужно. Ах точно, ведь дверь не зря складская – здесь и вправду раньше был склад, только теперь его перегородили дополнительными стенами. Куда-то дальше вперед тянулся узкий коридор.
Майк наметанным глазом присмотрелся к стенам. Они металлические, из средненькой холоднопрокатной стали со сварными швами по углам – наверняка бывшие корабельные переборки. А откуда полосы побежалости в середине? Наверное, с той стороны листы приварены к каркасу из двутавровых балок. А еще, вот странно, то тут, то там в стенах зияли небольшие отверстия.
Псы не горели желанием сотрудничать с Генеральными – хочется верить, пока, – но вот к вопросу обороны подошли ответственно. Здесь ведь самый настоящий блиндаж с десятками, если не сотнями глядящих в лицо врагу дул. Как это назвать, если не коридором смерти?
Что уж там, отступать все равно поздно: ворота подняты, гостей ждут. Расправив плечи, Майк шагнул внутрь, Джон – следом. Ворота за их спинами тотчас опять пришли в движение. В самом конце коридора смерти виднелась узкая дверь, и роверы перед ней откатились, пропуская гостей. Майк не без труда заставлял себя шагать спокойно и естественно. Ворота склада наконец-то доползли до пола. С щелчком встали на место хорошо смазанные запоры.
Дверь впереди распахнулась сама. При виде Пса на пороге Майк вздрогнул. Помнится, видел научпоп об их создании, а также интервью с учеными и записи щенят первого поколения. Видел и протесты, протесты в ответ на протесты, слушания по биоэтике в конгрессе…
Чего видеть не приходилось, так это взрослого Пса своими глазами. Джон с самого первого дня, как их привез, запретил к ним приближаться – даже Майку.
И вот теперь он глядел на рыженькую собаку с ушами торчком, тупой мордочкой и карими глазами с удивительным блеском разума. К тому же в комбинезоне.
Пес (или не
– Джон, давно не виделись! – хрипло, но в то же время по-юному бойко заговорила собака.
Джон нагнулся ее обнять.
– Привет-привет, Аабру. Прости, что раньше не заглянул. Замотался.
Собака повернула голову.
– А вы, видимо, Майк.
– Э-э… Да. Я Майк, – растерянно выдал он.
– Меня зовут Аабру.
– Аабру. Будем знакомы. – Он машинально вытянул руку и осекся. – Ой, извиняюсь. У вас так принято?
Уголок ее рта приподнялся. Улыбается, что ли? Как человек? Или это признак агрессии, брезгливости? Хотя вряд ли – взгляд вроде бы дружелюбный.
– Между собой мы так редко здороваемся. Рада встрече, Майк.
Собака протянула лапу в ответ. Он бережно, не без трепета, пожал. До чего необычно: подушечки на ощупь теплые, сухие и загрубевшие, а на тыльной стороне короткая шерсть.
Ну, и когти. Куда ж без когтей.
Джон кашлянул.
– Впустишь нас?
Аабру встрепенулась.
– Ой, конечно! Проходите.
Веяло от нее неловкостью и волнением. Неужели стесняется? Может, как ему не приходилось еще видеть Пса, так и ей – незнакомого человека?
Аабру пошла вперед. Джон – сразу следом, а вот Майк еще задержал взгляд на роверах и только потом спохватился.
