– Даже не знаю, с чего начать… Год назад умер в деревне младенец. Вроде бывает такое, врачи только руками разводят, как-то это называется… вроде синдром внезапной младенческой смерти. Прошло месяца три – умерла девушка, Радойка. Упала со скалы в лесу, оступилась, говорят. И такое бывает, но люди заволновались. Полиция посчитала несчастным случаем, а народ зашептался, что была она бледная как смерть и не кровинки в лице, когда нашли. Можно подумать, в смерти все красавцы писаные с румянцем на щеках. Но бесполезно возражать, раз вбили себе в голову, что вукодлак проснулся, это надолго.
– А чего он проснулся, если спал лет пятьсот?
– Воденицу разрушили.
– Кого? – Шепотом спросила Саша, а Коста так же шепотом пояснил: – Мельницу водяную.
– Тогда ураган прошел, много деревьев поломало, воденица-то тоже из дерева, и очень старая, еще с тех времен, пятьсот лет назад. Вот через месяц все и началось. А потом Петар погиб. Молодой, здоровый парень. Отец той малышки, что первой умерла, кстати. Поскользнулся на мокрой траве и упал на вилы.
– Что, вот так сам упал и напоролся?
– А у него врагов не было. Веселый парень, отзывчивый. Полиция ничего странного в его смерти не нашла. Шел сено ворошить, вместе с вилами в яму и упал. Жена его, Светла, почернела от горя после смерти дочки, тут вообще не в себе стала. Через три дня рассказывает- муж, мол приходил, сама видела. Спаслась, лишь затворив все окна и двери. И мать поддакивает, тоже, мол, видела. Глупые люди! Если уж верят, так вукодлака никакие засовы не остановят, а она, вишь, заперлась. Ну, тут народ и стал видеть везде Петара, как ночь, так тень у забора – значит он, Петар. Все собрались, пошли на кладбище, могилу раскопали, и колом боярышниковым сердце покойнику пронзили. Как я не пытался остановить – бесполезно.
– Значит, избавились от вукодлака?
– Говорят, бабочка из могилы вылетела, поймать не смогли.
Саша хихикнула.
– А не смейтесь, по нашим поверьям, это вукодлак обратился – и вылетел. Зря протыкали колом.
Все молчали – что тут скажешь!
– Ну, пока все ясно… один кто-то, та же ваша Светла, всех взбаламутила и теперь пол страны встало на уши. Много ли людям надо! И с каждым днем эти истории обрастают новыми подробностями, как всегда бывает. – Брат Марко пожал плечами. – Пока не вижу каких-то странностей…
– Вот вы сказали, ему запоры не страшны, – влезла Саша. – А вроде без приглашения вампир не может войти в дом.
Все уставились на девушку.
– Это ты откуда взяла?
– В фильмах… – тут Саша поняла, какую глупость сморозила.
– По нашим поверьям неумершие попадают в дом через замочную скважину, через трубу, через окно. Вы еще не были в деревне, не видели, потом заметите перевернутую метлу, воткнутую в дверную ручку, это для защиты. Еще говорят, надо ругаться нецензурно на перекрестках, на мостах, любят такие места вампиры.
Все дружно рассмеялись.
За окном потемнело, но не только из-за сумерек – начал накрапывать дождик.
– Так что делать будем? Зря я вас всех зазвал? – Отец Слободан явно расстроился.
– Не зря, – заверил брат Марко. – Люди действительно взволнованы и мы должны объяснить им, что ничего страшного не происходит. Не зря мы приехали. Завтра оглядимся, с народом поговорим, надеюсь, наши сербские коллеги нам помогут, – он кивнул на Дамиана и Косту.
– Не зря, – поддержал и Бальери. Что-то насторожило Лиса, это было заметно даже внешне, исчезла рассеянность и вальяжность, взгляд стал цепким и собранным. – В вукодлака я не верю, но что-то у тебя тут, Слободан, происходит. И вот это мы выясним.
Пожилой священник оживился:
– Чем могу – помогу. Так с чего завтра начнем?
– А завтра в деревне мало народа будет. – Тетка Ана собирала рюмки.
– Зашто? Это почему? – Удивился отец Слободан.
– Сутра кои дан? (– Завтра какой день? – перевел Коста).
Все пожали плечами. Тетка Ана разразилась длинной эмоциональной речью в которой Саша услышала лишь два более-менее четких слова. Виларка и веле.
Когда поток слов иссяк, Коста перевел, под хмурое выражение лица отца Слободана:
– Завтра день, когда виларка может впадать в транс. И народ поедет в Топольницу, это деревня с сербской стороны, часа полтора по горам. У них там каким-то чудом оказалась влашская виларка, давно живет, они и ездят. Хотят виларке вопросы задать. Про вукодлака.
– Ничего не поняли. – все, кроме усмехающегося Дамиана, переглянулись и пожали плечами.
– Давайте я объясню. – Дамиан снял очки, положил на стол, потер пальцами веки. – Издавна в Сербии существовали женщины, которые отвечали на безответные вопросы, излечивали людей, которым не помогала медицина, особенно в восточной Сербии, Влахии. Этих женщин называют виларками, от слова виле- нечисть, или в единственном числе – вила. По народному поверью эти способности проявляются у тех женщин, кого во младенчестве или в подростковом периоде похитили феи и провели так называемую инициацию. Виларки слышат фей, которые и отвечают на вопросы, но если виларка неправильно передаст людям послание- ее ждет жесткое наказание.
– И как они слышат фей?
