— Ах, то есть, по-твоему, это я во всём виноват? Могла бы позвонить мне! А так, получается, что мой же пациент в системе теперь забит у других лекарей. Так дела не делаются, — сердито сказал Дубков. — Всё, Анастасия, возвращайся к работе. С новым лекарем я позже разберусь. Как ты, говоришь, его зовут?
— Булгаков Павел Андреевич, — опустив голову, назвала имя «провинившегося» Анастасия.
— Булгаков, значит… — потёр подбородок Дубков. — Что ж, Булгаков, я научу тебя уважать чужую территорию.
Удовлетворённый своим первым приёмом, я вернулся домой. Переоделся и, отложив ужин и душ на потом, открыл верхний ящик комода. Поднял двойное дно, которое сам же и соорудил, и достал оттуда запасной мобильник.
Человек, с которым я хотел связаться, отвечал на звонки только с моего второго номера. Мы придумали эту систему, чтобы в случае кражи основного телефона никто не мог отследить моего собеседника. Ведь его безопасность сейчас стояла у меня на первом месте.
Я набрал номер своего младшего брата — Кирилла Булгакова. После нескольких гудков по ту сторону послышался до боли знакомый голос. Едва сломавшийся, уже не детский, но ещё и не мужской.
— Я уж думал, что ты и не позвонишь, — сказал Кирилл. — Паш, ты куда пропал?
— Не обижайся, дружище. Последние два дня выдались насыщенными. Не хотел рассказывать тебе свежие новости, пока всё не утрясётся, — произнёс я. — Дело сделано. Меня взяли в Главную больницу Его Императорского Величества.
— Поздравляю! — искренне обрадовался Кирилл. — Значит, скоро ты сможешь накопить на дом, и мне больше не придётся торчать в этом приюте?
— Не торопи события. Тебе пока опасно выбираться за его пределы. За нами всё ещё ведётся охота, — ответил я. — Но я тебя оттуда вытащу. На этот счёт не переживай. На днях вырвусь к тебе, сможем пообщаться лично.
Кирилл думал, что работа в этой клинике должна мне помочь заработать деньги на новый дом.
Я не стал ему говорить, зачем на самом деле устроился сюда. Ему это знать незачем.
— Кстати, как сейчас твоё самочувствие? — спросил я. — Есть какие-нибудь изменения.
Кирилл ничего не ответил.
— Кирилл? — чуть строже повторил я. — В молчанку играть не выйдет. Говори правду.
— Да чего тут говорить, Паш? — вздохнул он. — Я пока не хотел тебе рассказывать. Но сегодня окончательно убедился, что скрывать нет смысла.
Брат собрался с силами, а затем произнёс:
— Мне стало хуже.
От авторов:
Дорогие читатели! Мы рады приветствовать Вас на нашей новой серии. Будем благодарны за обратную связь в виде лайков и комментариев. Они дают хорошую мотивацию писать серию усиленными темпами. А также помогают понять, понравилась ли Вам наша идея. Заранее благодарим!
Ухудшение произошло слишком быстро. Совершенно не соответствует моим прогнозам.
Я знал, что Кириллу станет хуже и избежать этого пока что никак не удастся. Но не на этой неделе. Слишком рано!
— Так, Кирилл, а теперь сосредоточься и перечисли мне все симптомы, которые у тебя появились, — спокойно произнёс я.
Нужно внушить парню уверенность. Нельзя, чтобы он паниковал. Я должен показать ему, что всё под контролем. И как можно скорее найти способ замедлить развитие болезни.
Пусть внутри моего тела сидит чужой для него человек, но Кирилл об этом не знает. И за последние полгода этот парень стал для меня как родной брат, которого у меня никогда не было. После всего, что мы пережили вместе, я поклялся себе, что буду его защищать. Произошло много событий, из-за которых мы сблизились. Это и с его стороны заметно. Думаю, даже мой предшественник проводил с Кириллом гораздо меньше времени, чем я.
— Кирилл, не молчи, — твёрдо повторил я. — Завтра я к тебе заеду и сам лично разберусь с возникшими проблемами. Но мне уже сейчас нужно знать, что с тобой происходит. Мы можем вместе придумать, как облегчить твоё состояние.
— Ты ведь знаешь, что я не хочу доставлять тебе лишние проблемы, Паш, — вздохнул он.
Слишком гордый. Парню всего четырнадцать лет, а он думает, что сможет без моей помощи решить все свои проблемы. Развивать самостоятельность в его возрасте — это хорошо. Но только не в том случае, когда дело касается его болезни.
— Киря, повторять вопрос не стану. Ты же не хочешь, чтобы я прямо сейчас приехал и в окно твоего общежития забрался? — произнёс я.
— Ладно-ладно! — сдался он. — Голова очень сильно болит. И дышать стало трудно. Сегодня даже на третий этаж не смог подняться без одышки. Хотя ещё неделю назад мы с парнями наперегонки по лестнице гонялись.
— «Анализ» у тебя ещё не проснулся? — уточнил я.
— Нет, — ответил брат. — И я что-то не уверен, что он появится в ближайшее время. У всей нашей семьи «анализ» просыпался только ближе к совершеннолетию. С чего бы мне стать исключением?
— С того, что лекарская магия у тебя работает даже лучше, чем у меня, — подбодрил его я.
