Чем чаще Биркин пользовался своей изувеченной лекарской магией, тем хуже ему становилось. А свою ману он тратил каждый день. Иногда ему казалось, что изменников в империи даже больше, чем пациентов у самого популярного лекаря.
Но Аристарх никогда не жалел для них своей магии. Чужие мучения стали для него источником собственной жизни.
Биркин вернулся в свою комнату и уселся за ноутбук.
— Ох, какой же позор! Какой стыд! — бормотал он про себя, заходя на сайт Главной больницы Его Императорского Величества.
Он никогда не посещал лекарей, поэтому и довёл свой организм до такого состояния. Ему была неприятна сама мысль о том, что в его организме кто-то будет копаться.
Но на этот раз он решил переступить через себя. В голове Аристарха созрела идея, как ускорить их встречу с Павлом Булгаковым.
— Ага… — удовлетворённо замычал он, обнаружив, что на сайте уже появилась возможность записаться на приём к Булгакову.
До чего же он был удивлён, когда узнал, что Павел Андреевич ещё даже не получил должность лекаря.
— Помощник лекаря, а уже принимает пациентов? Пробивной парень, сразу видно, — пробубнил себе под нос он.
Затем навёл курсор на кнопку «записаться на приём» и… замер. Не хотелось ему нарушать свои принципы.
— Но принципы — те же законы, — сообщил Биркин сам себе. — А законы для того и созданы, чтобы их нарушать!
И в этот же момент подтвердил запись.
Однако система отказалась записывать дознавателя. Биркин несколько раз нервно ударил по клавише мыши, чуть не сломав её при этом, а затем получил сообщение:
«Вы не прикреплены к данному лекарю».
После этого ноутбук полетел в стену.
— В задницу ваше прикрепление! — прошипел он. — Я найду другой способ.
Я пришёл на работу гораздо раньше остального лекарского персонала, однако ключей от своего кабинета в регистратуре не нашёл.
Ну, приехали. И куда же они делись? Готов поклясться, что вчера вернул их на место, прежде чем уйти домой. А ведь Гаврилов несколько раз повторил, чтобы я их не потерял. Интересно, это чья-то злая шутка или у меня какие-то проблемы с памятью?
Их, конечно, мог взять Евгений Кириллович, но он не должен прийти раньше меня. Как раз наоборот, вчера он радовался, что сможет немного опоздать, пока я принимаю первую партию пациентов.
Я прошёлся до кабинета своего наставника. Снаружи уже начали собираться пациенты.
— Начну приём через пятнадцать минут! — объявил я.
Если, конечно, найду этот чёртов ключ.
Я дёрнул ручку двери и, к своему удивлению, обнаружил, что она не заперта. Похоже, тот, кто взял ключ, воспользовался им по назначению. В целом, это обычная ситуация для клиники. В моём мире врачи обычно друг другу доверяли, поэтому не были против того, что их коллеги копаются в чужих кабинетах. Часто приходилось искать какие-нибудь документы, а для этого приходилось перерывать всю поликлинику сверху донизу.
Но в этом мире всё работает несколько иначе. Я уже привык держать себя в тонусе. В любой момент кто-нибудь может подставить. Или, что ещё хуже, в кабинете окажется какой-нибудь психопат-убийца, которого в очередной раз наняли, чтобы меня прикончить.
Я отворил дверь и обнаружил, что на месте Евгения Кирилловича сидит совершенно незнакомый мне человек. Мужчина лет тридцати пяти. Очень крепкого телосложения. На нём даже белый халат едва сходился.
Так, и что же это за горилла уже заняла моё рабочее место?
— Доброе утро, — поприветствовал незнакомца. — А Евгений Кириллович в курсе, что вы заняли его кабинет?
Мужчина пристально смотрел мне в глаза. Не отрываясь. Как только я заговорил, он тут же поморщился. Будто ему было неприятно меня слушать.
— Не думаю, что в мои обязанности входит отчитываться перед вами и вашим наставником, Павел Андреевич. Вы же — Булгаков, верно? — поинтересовался он.
Какая важная птица залетела в наш кабинет! Хотя форточки после вчерашнего приёма я вроде бы закрывал.
— Всё верно. Но я с вами ещё не знаком, — сказал коллеге я.
— Эдуард Дмитриевич Дубков, — представился лекарь. — Уверен, вы не могли обо мне не слышать.
О-о-о… В этом он прав. За последние двое суток мне столько раз упоминали эту фамилию, что она мне сегодня даже приснилась.
— Слышал, Эдуард Дмитриевич, — кивнул я. — Рад знакомству.
Я хотел было последовать манерам и протянуть ему руку, но тут же заметил, что он даже с места не сдвинулся. Дубков явно не настроен на рукопожатие. Значит, разговор у нас выйдет напряжённый. Скорее всего, он специально пришёл на работу пораньше, чтобы рассесться здесь и застать меня врасплох.
— Я бы сказал, что это взаимно, господин Булгаков, если бы вы правильно себя вели. Пока что вы — первый помощник лекаря на моём опыте, который позволяет себе такие наглости, — заявил он.
— Это какие же наглости я себе позволяю? — развёл руками я. — Спасаю экстренного пациента?
— Ах, так вы всё-таки в курсе, что это был МОЙ пациент? — ухмыльнулся Дубков. — Я всё-таки вас подловил.
Что он вообще несёт? Мне, конечно, говорили, что он опасный и очень влиятельный человек, но не такого поведения я от него ожидал.
