— Значит, договорились, господин Булгаков! — радостно заключил Громов. — Чтобы вас не терзали сомнения, скажу сразу — речь пойдёт о работе на меня. Думаю, это может быть вам интересно. Остальное сообщу только при личной встрече. Ещё раз благодарю, что изловили моих слуг неблагодарных. До встречи!
— Всего доброго, Ярослав Андреевич, — ответил я и положил трубку.
Хочет, чтобы я работал на него? Интересно. Надо бы побольше информации нарыть на этих Громовых. Я о них почти ничего не слышал. Хоть и живут при дворе, но их род явно не на слуху.
Не уверен, что мне это сотрудничество может что-то дать. Тем более сходу доверять Громовым я не могу. Уж больно меня смущает рассказ пациентов о том, как Ярослав Андреевич с ними обращался. Возможно, конечно, что они это придумали.
Но стали бы они без причин устраивать покушение на убийство? Сомневаюсь. Что-то с этой семьёй определённо не так. Понаблюдаю за ними за завтрашним ужином. Возможно, смогу получить о Громовых больше информации.
Союзники мне нужны, но надёжные. Кроме того, я ведь до сих пор не знаю, кто стоит за убийством родителей моего предшественника. И ведь это явно дело рук какой-то влиятельной семьи. Злоумышленники могут быть за пределами дворца, а могут и оказаться кем-то из приближённых императора.
Так что даже Громовых не стоит убирать из числа подозреваемых.
Закончив большую часть своей работы, я направился в приёмное отделение. Там меня уже ждал Леонид Беленков.
— Я уж думал, что вы и не придёте! — обрадовался моему появлению он. — Ну что? Готовы осмотреть пациента?
— Всегда готов, — бодро заявил я. — На каком этаже находится неврологическое отделение?
— Эм… А тут такое дело… — замялся Беленков. — Ситуация оказалась сложнее, чем я думал. Я неправильно понял Алексея Георгиевича. Выяснилось, что пациент лежит не в неврологическом отделении. Он сейчас в общем профиле. Его положили на плановое обследование, поэтому дежурный лекарь ещё даже не добрался до него. Моя задача — поставить полный диагноз и определить, нуждается больной в переводе в неврологию или нет.
А-а! Стандартная схема. Хитро Сергеев придумал. Но я уже давно понял, что старый нейролекарь умеет устраивать обманки с целью научить молодое поколение на практике. Чего стоит его заявление, что мы симулянту сотрясение мозга выставили! Если бы у меня за спиной не было такого стажа работы в медицине, я бы купился на его блеф, как и Беленков.
— Получается, на этот раз господин Сергеев подготовил нам ещё более хитрую ситуацию, — потирая ладонь о ладонь, с предвкушением произнёс я. — Пациент в отделении общего профиля может быть вообще с любым заболеванием. Возможно, что у него основной диагноз вообще никак не связан с неврологией, но Сергеев нашёл где-нибудь совсем небольшое отклонение, которое запросто можно связать с вашей специальностью.
— Тогда я точно в одиночку не справлюсь. А это — мой последний шанс, — заключил Леонид.
Я заметил, что у Беленкова аж руки затряслись.
— Спокойно-спокойно, Леонид Петрович, — произнёс я. — Не паникуйте. Сейчас со всем разберёмся. Ведите к своему тестовому пациенту.
Помощник нейролекаря провёл меня в пятую палату, где располагался пациент. История болезни у него была пуста. Сергеев туда даже основные жалобы ещё не внёс.
Нам придётся работать с «чистым» пациентом, о котором пока что нет никакой информации. Но моя задача — не только поставить диагноз, но и помочь Беленкову разобраться в тонкостях нашей работы. Не бросать же коллегу в беде!
— Николаев Валерий Иванович? — обратился к пациенту я. — Сантехник. Всё верно?
— Он самый, господа лекари, — криво улыбнувшись, поприветствовал нас мужчина. — Алексей Георгиевич предупреждал, что вы придёте. Как в воду глядел! Сказал мне, что вскоре после моей госпитализации появятся два молодых лекаря. И строго-настрого запретил рассказывать вам мой диагноз.
— Так он уже его выставил⁈ — удивился Беленков. — Я думал, что это — моя задача.
— Он только вслух его произнёс, — уточнил Николаев. — В документацию не вносил. Сказал, что это должен сделать Леонид Петрович. Кто из вас господин Беленков?
— Это я… — вздохнул мой коллега.
Ну ничего себе! Вот это Сергеев дал жару. Превратил своего пациента в экзаменатора. Что ж, сейчас посмотрим, даст ли это хоть какие-то плоды. Главное — не давать Беленкову паниковать. Уж больно он себя измучил после прошедшей проверки. Хорошо ещё, что я сам не начал его отчитывать. После такого он бы точно уволился.
— Ну что, Леонид Петрович, — взял ситуацию в свои руки я. — Давайте собирать анамнез заболевания, — затем перевёл взгляд на пациента и спросил: — В связи с какими симптомами обратились в больницу?
