— Больше всего меня ноги беспокоят, — произнёс Николаев. — Были такие проблемы и раньше, но пока мне пятьдесят не стукнуло, до такого никогда не доходило. Работать стало невозможно. В ногах покалывание, будто по коже насекомые ползают. Поначалу ещё терпеть можно было, а сейчас они огнём горят! А мне ведь приходится часто с водой возиться. Дворец-то большой. Где-нибудь да произойдёт протечка. Недавно в подвале возился несколько часов. Ноги насквозь промокли. Словами не описать, какая была боль. Даже при контакте с водой их словно током бьёт.
Описал клиническую картину он очень красочно. Лично я уже догадался, в чём может быть проблема. И у меня уже даже есть теории, почему его сразу не положили в неврологию. Вопрос только в том, догадался ли Беленков?
— Ноги болят при контакте с любыми поверхностями? — уточнил Леонид Петрович. — К примеру, когда спать ложитесь простынь вам не мешает?
Отличный вопрос! Молодец Беленков. Именно это сейчас и нужно выяснить.
— Верно подметили, Леонид Петрович, — кивнул пациент. — Как раз с этим я и мучаюсь. Если вы сейчас ладонью коснётесь моей стопы, меня даже от этого шарахнет болевой приступ.
Пока Беленков продолжал опрос пациента, я активировал «анализ» и осмотрел тело сантехника Николаева.
Ну надо же! Да тут не только в ногах проблема. Передо мной целый комплект неприятных сюрпризов. Все сосуды забиты атеросклеротическими бляшками. Почки тоже выглядят, мягко говоря, так себе. Не могу забраться своей способностью в самую глубь, но бугристая форма этих органов как бы намекает, что выделительная система тоже подверглась патологическим изменениям.
С ногами всё гораздо сложнее. Парестезия — то чувствительное нарушение, которое описывает пациент — однозначно говорит о повреждении нервного волокна. Его с моим «анализом» подробно не изучить, но я уже и так догадался, в чём проблема.
Избыточная масса тела, проблемы с почками и сосудами, поражение нервных окончаний. У пациента явно…
— Грыжа поясничного отдела позвоночника, — заявил Леонид Беленков. — Скорее всего, примерно в этой области имеется серьёзное повреждение, из-за которого и болят ноги.
Ой, Лёня… Ну что же ты несёшь! Какая ещё грыжа? Проблема ведь явно не в этом!
Пациент прекрасно понимал, что Леонид ошибается, поэтому я вступил в спор до того, как Беленков узнает верный диагноз от больного.
— Я так не думаю, Леонид Петрович, — помотал головой я. — Позвоночник я уже осмотрел. Да, действительно, есть несколько грыж. Скорее всего, они появились из-за постоянных физических перегрузок. Подозреваю, что наш пациент не только сантехником работал. Верно же, Валерий Иванович?
— Зрите в корень, господин Булгаков, — кивнул Николаев. — Я грузчиком проработал лет пятнадцать. Когда спину надорвал, сразу же решил получить хоть какое-нибудь образование. И преуспел в новом деле. Даже во дворец, как видите, взяли!
Беленков явно был в замешательстве. Вроде и анамнез, и клиническая картина — всё совпадает с его теорией!
Но на деле заболевание Николаева куда серьёзнее, чем просто межпозвоночная грыжа.
— Скажите, Валерий Иванович, а как давно вы начали набирать вес? — спросил я. — Избыточная масса тела ведь вас уже не один год беспокоит, правда?
— Я раньше вообще стройным был! Красавцем! — похлопав себя по массивному животу, рассмеялся пациент. — Только вот, зараза, лет с сорока вес начал повышаться, и я ничего не смог с этим поделать. И на диету садился, и таблетки всякие принимал — но лучше не стало. Хотя физической активности у меня много. Сами понимаете, господа лекари, каждый день гоняться по дворцу приходится. То засор, то протечка. Выходных у меня почти не бывает. Только в стационаре смогу хотя бы немного дух перевести.
— А вес у вас поднялся не только за счёт жировых отложений, — отметил я. — Ноги отёкшие. Лицо тоже. Явно имеются проблемы с почками.
— Чёрт меня подери… — едва слышно выругался Леонид Беленков. — Так у пациента же сахарный диабет!
Ну наконец-то. Я уж думал, что и не дождусь от него правильного ответа. Все мои последние вопросы были заданы исключительно для того, чтобы направить мышление Беленкова в нужное русло. И до него всё-таки дошло.
— Сахарный диабет второго типа, — заключил Беленков. — Осложнённый диабетической полинейропатией нижних конечностей.
Всё так! Комплексы сахара откладываются в нервных тканях, затем искажают проводимость импульса, что в итоге и приводит к жутким болям и покалыванию, которых в норме быть не должно.
Вот только это — не всё.
— Ещё обратите внимание на его сосуды и почки, — посоветовал я. — Отёки не сами по себе возникли.
— Я уже догадался, Павел Андреевич, — кивнул Беленков. — Спасибо большое за совет. Тут и атеросклероз из-за повышенного уровня глюкозы, и нарушение работы почек — диабетическая нефропатия.
— Всё верно, господа, — закивал пациент. — Именно эти диагнозы Алексей Георгиевич и перечислил.
— И какой вывод из этого следует? — спросил Леонида я. — Оставлять пациента в общем профиле не стоит. Очевидно, нужно переводить.
— Значит, оформляю перевод в неврологический стационар? — уточнил он.
