Его привезли в этот дворец, который оказался личным дворцом королевы, в карете. Вначале он не обратил на нее внимания. Сопровождавший боец помог Нелу забраться внутрь на мягкое сидение и сел рядом. Проверив его, юноша удивился: и этот был хоть и слабым, но магом. Понятно, почему его не сковали, а конвоир так беспечен. В таком состоянии Нел ему не противник. Езда по брусчатке оказалась неожиданно мягкой, карету почти совсем не трясло. Когда приехали, он обратил внимание на широкие колеса, которые чуть прогибались под весом кареты, и на набор плоских пружин, смягчающих толчки. Подобные амортизаторы были и в империи, но он не ожидал увидеть их в диком королевстве. Охрана его поразила. Они все были магами! Сильный среди них был только один, но все равно… В империи император окружал себя обычными людьми. Магов он недолюбливал, хотя сам был магом средней силы. И охрана у него состояла из людей, хоть и измененных магически, и способных к быстрому движению. А здесь маги попадались на каждом шагу. В основном все они были слабыми, но, когда Нела вели мыться, он встретил и двух сильных. В помывочной он разделся сам, а вымыть тело помогла красотка–рахо, которая для этого скинула свое платье. Когда он вылез из бадьи, она его тщательно обтерла, уделяя большое внимание его мужскому достоинству, а потом попыталась его использовать. Пришлось отбиваться от нахалки. В другое время он бы не возражал, но сейчас мешала слабость и почему–то постоянно стоявшая перед глазами королева. Оскорбленная девица натянула свое платье и, фыркнув, удалилась. Другая, уже белая, девушка, скромно отводя взгляд, выдала ему новую одежду взамен дырявой и испачканной в крови. Одежда состояла из нижнего белья, рубахи и штанов. Все пришлось впору и нигде не жало.
«Не такие они дикие, если знают нижнее белье», — подумал Нел. В королевствах, которые существовали на земле империи при поддержке ланшонов, все поголовно носили только нательные рубашки.
После купания его отвели обедать, причем обед был вкусный и разнообразный. Особенно ему понравились сладкие желтые ломтики с коричневой корочкой и одуряющим запахом, которые он никогда раньше не ел. Поевшего юношу отвели в средних размеров меблированную комнату. Так как кровать была только одна, стало понятно, что комнату выделили в его пользование. Почти тут же зашел маг. Сильный.
— Сейчас я подлечу вашу рану, — сказал он Нелу, — и побуду у вас некоторое время, чтобы научить языку. Завтра королева будет решать вашу судьбу. В империю вы не вернетесь в любом случае. Я не знаю, что решит королева Рина, но, скорее всего, она вам предложит на выбор или частичное стирание памяти, или принести ей магическую клятву верности. Вы сами маг и должны знать, что такое человеческая память, и как трудно убрать из нее что–то одно, не задев остального. Хоть у нас хорошие специалисты, я бы на вашем месте на это не соглашался.
— Спасибо за совет, — сказал Нел. — А что это за клятва?
— Ее приняли очень многие из тех, кому королева дает запретные магические знания, и все те, кто получил огнестрельное оружие. Люди несовершенны, и бесконтрольно давать им в руки большую силу нельзя. А у нас еще совсем недавно три королевства слились в одно, и было несколько войн. Это сейчас все потихоньку налаживается, а бывало всякое. Мужа нашей королевы убили жрецы, а в одном королевстве народ оказалось дерьмом, так королева от них отказалась. Там сейчас идет что–то вроде войны из–за дележки власти, а большинство жителей с тоской вспоминает правление королевы. Наверняка скоро прибегут звать ее обратно.
— Так что там с клятвой? — прервал разговорчивого мага Нел.
Слушать его откровения было интересно, но еще интереснее знать, что его ожидает завтра.
— Ах да, клятва… По сути, это магическое заклинание. Вы клянетесь в чем–то, а королева этим заклинанием закрепляет вашу клятву. Нарушить ее нельзя ни под пыткой, ни добровольно. Ваш язык откажется говорить, ваша рука — писать или делать, а если будете упорствовать, начнете убивать сами себя. Обычно это происходит долго и больно. Королева как–то сказала, что не является автором этого заклинания, ей его кто–то подарил.
— И в чем состоит суть клятвы?
