Вчера она закрутилась и не поговорила с рахо, как хотела. Разговор предстоял обстоятельный, а день подошел к концу, поэтому Ира решила перенести встречу на утро, о чем и сообщила Роберу, на попечение которого передали темнокожих. Сегодня могла состояться встреча с Брежневым, но, учитывая разницу во времени, она вряд ли будет назначена на время раньше обеда, поэтому все самое неотложное решено было сделать сразу же после завтрака. Первыми Ира, как и собиралась, вызвала к себе всех взятых у Урная рахо. Сначала девушка вызвала тех, кто заинтересовал ее меньше всего. Это были двенадцать мелких чиновников, по долгу службы выезжавших в несколько соседних городов. Люди они были неглупые и оборотистые, если на таких низких постах смогли позволить себе покупку амулетов, поэтому они сразу поняли выгоду службы у королевы кайнов, а перенесенные невзгоды напрочь отбили у них все мысли о превосходстве своей расы над прочими. Ира решила, что после работ по очистке городов отправит их в канцелярию в помощь работникам канцлера, а пока велела выйти в приемную и позвать девушку.
— Поднимись! — сказала она вбежавшей и упавшей перед ней на ковер рахо. — Садись на стул и назови свое имя. Кто ты такая? Я вчера в спешке не разобралась.
— Меня зовут Рада деш Кардек деш Сани.
— Подожди, но деш Кардек — это же ваш вождь.
— У вождя была большая семья, я дочь его младшего брата. Мать не любила носить амулет, считая, что в доме находится в безопасности. Мы ведь жили далеко от моря и мест сражений. Она умерла, а мы с отцом бежали. В степи нас захватили кочевники. Отец пытался уберечь меня от насилия, и его сразу убили.
— И что же мне с тобой делать, Рада? Чего ты сама хочешь?
— Я не знаю, госпожа. Все, что вы захотите, но только не отдавайте меня этим кочевникам, лучше убейте!
«Видимо ей нелегко пришлось в плену», — подумала Ира.
— У меня нет личной служанки, — сказала она девушке. — Если ты согласна ею стать, скажи, что никогда не причинишь мне вреда.
Рада торопливо закивала головой и произнесла нужное, а Ира закрепила ее клятву заклинанием и отправила к Мару.
— Это мой секретарь, — сказала она девушке. — Он определит для тебя комнату и передаст управляющему. Тебе нужно будет пошить другое платье и не одно. Потом походишь по дворцу с теми слугами, которые помогали мне раньше, и они тебе все расскажут и покажут. Когда будешь в приемной, скажи Мару, чтобы вошел один из трех оставшихся для беседы.
Вошедшему рахо было лет шестьдесят, но на вид мужчина выглядел крепким. Видимо, этим и объяснялось то, что лучи взяли его в плен, а не убили на месте. Обычно они пожилых пленников не брали. Он сохранил достоинство, в отличие от многих своих соотечественников, чем сразу привлек внимание Иры в лагере Урная. Войдя, он низко поклонился и стал ждать ее слов.
— Кто ты, и чем занимался? — спросила она. — Вчера вас было слишком много, да и неудобно говорить мысленно на сложные темы, не зная языка. Часть сказанного при таком общении теряется.
— Я Хош деш Сади. У нашего вождя я занимался поставками продовольствия для армии. Вас, госпожа, интересовали наши города? Я их посетил все. Их не так уж и много. Кроме пяти приморских городов, которые разрушил «Гнев моря», есть еще тридцать два города. Они двумя полосами тянутся вдоль побережья, одни ближе к нему, а другие дальше. Столица была среди тех, которые расположены дальше от моря. Потом на много дней пути будут лишь деревни. Конечно, их ставили только в местах с хорошей почвой, и если была вода. К западу простирается небольшая пустыня с чахлой растительностью, а после нее будут деревни рабов. Это все о нашей земле, если кратко.
— Уже не вашей, Хош! — сказала Ира, и рахо покорно наклонил голову. — Когда–то ваши предки выгнали моих из тех мест. Теперь мы, пусть и с чужой помощью, вернули свое.
— Извините, госпожа, — осторожно спросил рахо. — Я могу сказать?
— У нас с тобой не допрос, а разговор. Если есть что сказать, говори.
— Хорошо ли вы взвесили риск, занимая побережье? Мы знали империю задолго до того, как покинули свои острова. Мы с ними долго торговали, пока они не решили, что отдавать продовольствие каким–то островитянам за рабынь — это слишком и проще прийти и все забрать даром.
— Подожди! — потерла лоб Ира. — Я что–то не поняла. О каких рабынях ты говорил?
— У нас всегда рождалось много девочек. Лишние рты — это большая обуза, а повзрослев, они тоже будут рожать. Земли на островах бедные, поэтому нас кормил океан. Но нужна и растительная пища, всю жизнь сидеть на одной рыбе… Поэтому много девочек продавали в империю за их зерно и вяленые фрукты. У нас тоже были фруктовые рощи, но на всех…
— Довольно, я поняла. Мерзкий обычай.
— Любой обычай рождается условиями жизни народа, — пожал плечами Хош. — Я к чему завел этот разговор? Империя от своего никогда не отступается, а побережье они считают своим. Оно им очень дорого досталось. Благодаря нам, они потеряли два больших флота.
