— В связи с покушением или вообще? Если вообще, то все одобряют твое решение оттуда уйти. Не только сардийцы нас не любят, это чувство у нас взаимное. А я еще распорядился пустить слух о том, сколько денег мы на них потратили и сколько получили налогов. Народ деньги считать умеет и любит, и прекрасно понимает, что они не падают с неба. Так что это нашим соседям любви не прибавило. А после того как узнали о покушении, принялись искать и бить сардийцев. Хорошо еще, что их в столице сейчас почти нет, да и стража быстро сработала. Но две лавки успели разграбить и покалечили одного приказчика. Потом выяснилось, что он наш, а к купцам из Сардии только нанимался. Я думаю, что, когда узнают о том, что ты сделала с заказчиком покушения, будут всеобщий восторг и ликование, а сардийцы однозначно притихнут. Я понимаю причину твоей грусти, но не одобряю. Твое правление и так проходит без казней и расправ с недовольными. Даже душегубов прилюдно не казним, а шлем на каторгу. А народу все–таки необходимо иногда напоминать, что жизнь у человека одна–единственная, и долго живут только те, кто с уважением относится к королевской власти. И что королева, хоть и женщина, но покушений на свою особу никому прощать не намерена. Или намерена?
— Хрен им всем! — сердито сказала Ира. — Меня уже от одного упоминания о Сардии начинает тошнить. Уж на что сенгальцы всегда терпеть не могли чужаков, так даже их укатали невзгоды. Гор сообщил, что переселенцы валом валят из своего Сенгала в города Побережья. Им даже приходится устанавливать очередность. И ни у кого нет и следа былой спеси. Хотят уехать даже многие из тех, кто сохранил жилье.
— Купцы, которых ты выгнала, пока не добрались до своего королевства. Никто из наших магов не захотел их обслужить даже за большие деньги, поэтому пришлось им ехать домой на лошадях и под дождем. Дня через три приедут, тогда посмотрим, как будут развиваться события. Они ведь тоже молчать не будут ни о твоих территориальных приобретениях, ни о полете. К этому времени узнают об уничтожении графского замка, а я позаботился о том, чтобы всем было ясно, почему он сгорел.
— А что говорят об этом полете у нас? — спросила Ира.
— Ничего не говорят, — улыбнулся Лен. — Я распространил слух, что тебе эти разговоры неприятны, поэтому жители столицы, чтобы не обижать любимую королеву, когда речь заходит о полете, делают большие глаза и прикладывают палец ко рту. Если я и преувеличил, то ненамного. А что говорят в других местах, я пока не успел узнать.
— Как дела у Ольги? — спросила Ира Серга. — А то я эти два дня ее не видела.
— Хорошо, — с гордостью за подругу ответил мальчик. — Она уже различает в заклинаниях отдельные блоки. У меня это не получилось. А ее мать влюбилась в твоего Марта. Я еще в замке обратил внимание на то, как он ее поедал глазами, а сейчас каждый раз после своих занятий бежит к ней, а потом они закрываются и целуются так, что у Ирины Александровны потом распухшие губы.
— Ну и слава богу, — с облегчением сказала Ира. — Женщине без мужчины очень одиноко.
— А что же ты тогда забросила своего мага? — ехидно поддел сестру Серг. — Я его как–то видел вечером после занятий. И знаешь, чем он занимался? Поймал твоего Робера и давай приставать, чтобы управляющий ему о тебе рассказал. А того и упрашивать долго не надо — болтун еще тот. А твой Нел его слушает, и глаза у него какие–то отсутствующие… Как в любовных книгах, все симптомы налицо!
— Ты закончил? — холодно спросила Ира. — Так вот знай, что еще только одно вмешательство в мою личную жизнь, и я найду способ, чтобы ты виделся с Ольгой только мельком. Это и ей, и тебе пойдет на пользу. Все понял?
— Ничего такого больше не будет! — поклялся мальчишка, видя, что шутки закончились, и сестра на него злится по–настоящему.
— Надеюсь. Ладно, вы продолжайте завтракать, а мне нужно идти.
— Ну и дурак же ты, братец! — постучал по голове Олес, когда Ира исчезла. — Нашел, чем укорять сестру. И чего добился? Только испортил ей аппетит и оставил голодной.
«На кого я рассердилась? — думала девушка, сидя в спальне и вытирая текущие из глаз слезы. — На Серга за дурацкую шутку или на себя, потому что хочу парня и боюсь ему это показать? Интересно, как он отреагировал на покушение? Неужели никак?»
— Сантор, — позвонила она своему капитану. — Как идут дела у моего личного мага?
— Уже никак, — ответил капитан. — Все, что от меня требовалось, я выполнил. Холодным оружием он владеет профессионально, а рукопашных бой у него есть свой. В чем–то схож с нашим, в чем–то отличается. Я его не стал переучивать. Дал ему стрелковую подготовку, как всем твоим магам — автомат и пистолет. Он все сдал на отлично и получил оружие. Теперь без пистолета вообще никуда не выходит, наверное, и спать с ним ложится. Но для молодых это нормально, они почти все такие. Мне с Нелом особо возиться не пришлось, у него была великолепная физическая подготовка. Если будет возможность захватить побольше таких ребят, обязательно надо ею воспользоваться.
— А что у него с магией?
