— Я не могу говорить сразу со всеми, — опять зазвучал в голове капитана голос королевы, — поэтому скажите им сами. Дело к вечеру, и у всех нас был трудный день. И я не собираюсь долго стоять и ждать. Не выполните приказ, будем убивать по одному.
— Заканчивайте валять дурака, — сказал своим бойцам капитан. — Мага нет, и их в десять раз больше, чем нас. Нашинкуют на мелкие части или утыкают болтами, и ваша скорость не поможет.
— Если хочешь, можешь сдаваться, — сказал Григу один из бойцов. — Ты нам в этом не указ. Это не бойцы, а деревенщина, у них даже оружие до сих пор висит в ножнах, а в руках только дубины. А от мага защитят амулеты. Прорвемся.
— Это мастера боя, — объяснил капитан королеве. — Они могут двигаться намного быстрее обычных людей, ваших солдат всерьез не принимают, а мне подчиняться отказываются.
— Они выбрали свою судьбу! — сказала она. — Отойдите от них со своим спутником, чтобы вас не зацепило.
Капитан не успел отойти сам и передать слова девушки Хуку, когда бойцы отряда начали действовать. В той стороне, откуда они пришли, никого не было, поэтому туда и бросились с такой скоростью, что на мгновение Грей потерял их из виду. Девушка что–то сказала, и несколько ее солдат вскинули свои палки и направили их в сторону беглецов. Раздался сильный грохот, и сразу же все пятеро бегущих упали на землю.
— Берите своего мага и следуйте за мной, — приказала капитану королева и пошла к почему–то до сих пор стоявшему кругу врат.
Капитан с коком подхватили еле живого Остина и проследовали за ней, а замыкал движение какой–то ухмыляющийся тип в компании с ящерицей.
— Это не та империя, которая воюет с рахо, — рассказывала Ира канцлеру. — Обе империи враждуют, но между собой уже давно не воюют. Но сейчас, когда открыт новый материк, все может измениться. Слишком уж большой выигрыш в случае победы. Пока даргоны дерутся с рахо, ланшоны отправили несколько кораблей узнать, что нашли противники, кто здесь живет и нельзя ли заключить с кем–нибудь из местных союз. Ночью на корабли напали дикари и вырезали всех, кроме двух моряков. Эти двое и приданный им маг к нам и попали. Бойцы сопровождения подчиниться отказались, пытались бежать и были расстреляны.
— Однако ты сурова! — сказал Лен. — Странно, почему они не подчинились. Шли в чужую землю и рассчитывали, что здесь с ними будут носиться? Как–то это глупо, что ли.
— Капитан, с которым я и разговаривала, сказал, что, скорее всего, маг и солдаты должны были только довести его до нас, а потом уйти. Уйти у них не получилось: Саш заблокировал врата, а я лишила мага силы. Сдаваться на нашу милость они не собирались, вот и взбрыкнули, понадеявшись на свои бойцовские качества. Если бы не наше оружие, могли бы и уйти. Двигались они не медленнее магов.
— И что думаешь делать?
— Скорее всего, буду заключать с ними договор. Нужно только немного потянуть время и поторговаться.
— А как же рахо?
— Рахо пошлем лесом! И причин для этого много. Во–первых, империя ланшонов несравненно более сильный и полезный союзник, чем рахо. И императору за союз нужно будет чем–то заплатить, точнее чьей–то землей. Степь им и даром не нужна, поэтому остается побережье. А рахо пусть садятся на свои корабли и плывут куда подальше. Во–вторых, заключив союз с ланшонами, мы можем рассчитывать на то, что они будут соблюдать свои обязательства. По крайней мере, они уже сотни лет обеспечивают независимость нескольких королевств на материке даргонов. А вот рахо, когда мы уже не будем нужны, пошлют лесом нас. У них к кайнам одно чувство — презрение. Вождь дал Колину свободу, но последний воин в их отряде не считал его человеком, а жрец вождя, едва Колин уехал, тут же нарушил обещание сохранить его жену и детей. Очень показательно, не правда ли? Да и союз мы заключили бы с вождем, вся власть которого только на время войны. А потом старейшины нас пошлют, а если он нас поддержит, то и его тоже. К тому же заключать договор с теми, кто держит в рабстве кайнов… А на их освобождение рахо не пойдут: кайны им за так отдают половину всего выращиваемого в государстве зерна.
— Колин рассказал?
— Он мне много чего рассказал. С вождем рахо я, конечно, поговорю, да и за домом его жреца будет интересно проследить, его служанка дала мне картинки всех комнат. Жаль только, что Колин не умеет читать по губам, а через «окно» ничего не слышно.
— Когда думаешь договариваться с империей?
— Еще рано. Сначала нужно окончательно разделаться с кочевниками и больше узнать у капитана и его кока о будущих союзниках, а так же выучить их язык.
— Опять учить язык?
— А что ты хочешь, Лен? Общаться мысленно я могу только с одним человеком, да и не понравится никому из вельмож императора, что кто–то лезет им в голову. А если закроются сильными амулетами, я вообще ничего не пойму. Язык, на котором разговаривает половина населения здешнего мира, стоит выучить. Правда, придется опять пить отвар, но я, кажется, начала к нему привыкать. По крайней мере, рвотных позывов уже нет.
— Язык лучи ты тоже учила. Выходит, зря?
