Доброе утро. Сейчас половина восьмого.
Я только что закончил завтракать. На завтрак у меня был суп с морской капустой и маринованная редька. Поел с аппетитом — за ночь успел проголодаться, хотя вчера столько всего съел.
Подкрепился перед дальней дорогой. Через тридцать минут — в путь. Только что закончил писать письмо матери. Всё оставшееся время — твоё.
Что бы такое тебе подарить? Чётки я уже положил, вроде бы дарить больше нечего. Вокруг полный порядок, ничего лишнего.
Надел чистое бельё и твой тренировочный костюм. В кармане куртки твоё письмо и картинка с кошками. Ну-ка, взгляну ещё разок. Задавака, Нюня, Кока. Ха-ха-ха. Славные малышки.
Сегодня ясно и холодно. Вроде ветрено, но на первом этаже не поймёшь — сильный ветер или нет. И всё-таки я рад, что сегодня ясно. Специально для меня. Если бы, как вчера, лил унылый дождь, было бы невыносимо.
Встал затемно и всё время молился. И, к стыду своему, пустил слезу. Но плакал я не от жалости к себе, не от отчаяния. Я оплакивал само человеческое бытие, если можно так выразиться.
Мне жаль всех людей. И маму, и тебя, и братьев, и тех, кто будет присутствовать при моей казни, — всех-всех… Ведь всем дано лишь одно — либо умирать, либо убивать. Другого выбора нет. Грустно быть человеком. Надеюсь, ты меня понимаешь.
Ты ещё молода. В молодости смерть кажется такой далёкой, о ней и не думаешь. Молодые неприязненно относятся к старикам — дряхлеющим, болеющим, умирающим, иногда даже издеваются над ними… Они пребывают в плену иллюзии, что к ним смерть не имеет никакого отношения.
Но двадцать, тридцать лет пролетают в одно мгновение.
Пройдёт какое-то время, и ты тоже умрёшь. Это самое точное предсказание, которое можно сделать на будущее. Но если там, в потустороннем мире, есть хоть один человек, который тебя любит, смерть исполнена покоя и умиротворения.
Я пытаюсь представить себе, каков будет твой жизненный путь. Помни, куда бы он ни завёл тебя, я всегда буду тебя охранять. Когда тебе будет плохо, когда ты будешь страдать, вспомни обо мне! Сохрани в душе память о тех днях, когда ты переписывалась со странным человеком, осуждённым на смерть.
Эцуко! Постарайся не слишком сильно плакать. А то твои красивые большие глаза покраснеют и распухнут. Пусть всё идёт своим чередом.
Конечно, сегодня особенное утро, но если приглядеться получше — утро как утро. Нелепо думать, что оно чем-то отличается от других.
И всё-таки я слабый человек. Знаешь, мне ночью столько всего приснилось! Мы с тобой вместе плыли куда-то на лодке. В какой-то момент я понял, что это ладья Харона, и тут ты вдруг улетучилась… Наверное, бессознательно мысли всю ночь возвращались к сегодняшнему отправлению.
Ой, утренняя электричка! Сразу вспоминается детство — электричка проходила прямо мимо нашего дома. Во сне я становился всё меньше, превратился в маленького ребёнка, а потом в грудного младенца… Наверное, это проявление подспудного желания вернуться к тому состоянию, в котором я был до своего рождения, к состоянию, когда ничего ещё нет.
Кажется, уже взошло солнце. Я чувствую, как его лучи касаются крыш. Странно. Я наделён сверхъестественной силой, которая позволяет мне чувствовать то, что чувствуют дома, ощущать направление ветра, тепло солнечных лучей… Ну наконец-то! Воробьи прилетели. Наверное, скоро подоспеют и голуби.
Осталось десять минут. Я засунул было часы в картонную коробку, чтобы не смотреть на них всё время, но потом не выдержал и вытащил опять.
А весёлые ребята эти часы! Идут себе и идут, неугомонные, ничто их не волнует. Меня уже не будет, а они всё равно будут идти. Бесчувственные и очень педантичные ребята.
Ну что ж, пора кончать.
Эцуко, благодаря тебе я умру легко, со спокойным сердцем. Спасибо. А теперь — прощай! Ты должна быть счастлива! Ты должна искать своё счастье. Кто ищет, тот всегда находит. Прощай. Сейчас я машу тебе рукой. Шаги у двери. О, да там целая толпа! Прощай!
Такэо.
