Странный сон привиделся Ирине наступившей ночью. Она выходила на сцену после премьеры, под несмолкающие овации кланялась восторженной публике, среди которой был и Горелов. Он улыбался, громко кричал «браво», смотрел на актрису влюбленными глазами. Вот ее избранник подошел к сцене вплотную, вручил Ирине огромный букет белых роз и еще что-то, но что именно, она утром так и не смогла вспомнить.
Однако у актрисы почему-то появилось убеждение, что этот подарок стал для Павла роковым, навлек на него беду…
А вечером следующего дня состоялась премьера. Все происходило в точности как во сне — аплодисменты, букеты цветов, восторг зрителей, вот только Горелов не рукоплескал и не дарил ей подарок, а спал вечным сном на Старом кладбище.
В двенадцатом часу начался банкет для участников в театральном буфете. Как обычно бывает в подобных случаях, произносились тосты, звучали взаимные комплименты, все были предельно вежливы и доброжелательны друг к другу. Удостоилась теплых слов от Дубровина в числе прочих и Клара Григорьевна Локтева. А на следующий день художественный руководитель пригласил ее в свой кабинет, где уже находился директор театра Олег Дмитриевич Чижов.
Дубровин, немного смущаясь, предложил Локтевой сесть в мягкое кресло, а потом выжидательно поглядел на Чижова. Тот откашлялся, разом погрустнел, словно собрался выполнить очень неприятную для себя миссию, снял очки и протер стекла замшей и, наконец, произнес негромко:
— Уважаемая Клара Григорьевна, с большим сожалением вынужден проинформировать, что ваш контракт, истекающий через месяц, продлен не будет.
— То есть как не будет, почему? — спросила Локтева, бледнея.
— К несчастью, вы не вписываетесь в мои дальнейшие творческие планы, и вам нет места в труппе, — пояснил Дубровин.
— Вы понимаете, вы оба понимаете, что обрекаете меня на нищету? — трагическим голосом произнесла актриса.
Дубровин лишь поморщился, а Чижов ответил ей сухо:
— Простите, но частный театр — это не богадельня, а коммерческое предприятие, главная цель которого — получение прибыли. Вы же, уж извините, приносите в настоящее время лишь убытки.
Локтева разрыдалась. Ей принесли стакан воды, стали успокаивать, но ни худрук, ни директор не брали свои слова обратно. Клара Григорьевна с ужасом поняла, что вопрос решен, приговор ей вынесен окончательный и обжалованию не подлежит.
Локтева встала, вытерла слезы носовым платком и, не глядя на своих недоброжелателей, вышла из кабинета. Но вышла несломленная, уверенная, что вся борьба за место под театральным солнцем еще впереди.
Клара Терновская родилась в семье артистов Московской оперетты. С детства она слушала арии из «Сильвы», «Марицы», «Веселой вдовы», «Летучей мыши», исполняемые отцом и матерью, регулярно посещала здание бывшего «Театра Солодовникова» на Большой Дмитровке, в котором давала до революции представления опера Зимина, и сама мечтала о карьере под его крышей. Но Бог не дал Кларе необходимых вокальных данных, и она решила после школы поступать на актерский факультет столичного театрального вуза.
Конкурс в тот год, как и обычно, просто зашкаливал, желающих играть на сцене и на экране было в десятки раз больше, чем мест. Терновская очень волновалась, нервничала и переживала, однако ей улыбнулось счастье, и приемная комиссия благосклонно отнеслась к юной абитуриентке. Впрочем, уже став студенткой, Клара не раз задумывалась — а можно ли считать поступление большой удачей? Тогда, в девяностые годы, в кинотеатрах шли в основном голливудские ленты, их также можно было посмотреть в видеосалонах и на кассетах в домашней обстановке. В большинстве столичных театров платили немного, одних популярных, знакомых зрителям по кинофильмам и телеспектаклям, актеров и актрис приглашали в возродившиеся антрепризные постановки знаменитые ранее режиссеры, другие уезжали в чужие страны в смутной надежде проявить там себя и прославиться. Мало кому удавалось пристроиться хотя бы на вторые-третьи роли, поэтому талантливые исполнители порой мыли посуду и разносили заказы в ресторанах, овладевали профессиями медицинских сестер и секретарей, портье и курьеров. Но каждый в глубине души надеялся — его еще заметят, позовут, пригласят, с ним рано или поздно обязательно подпишут долгосрочный договор. А пока нужно зарабатывать днем на проживание, а вечерами учить иностранный язык, без которого здесь хорошо устроиться ну никак нельзя…
Окончив вуз, Терновская получила приглашение в труппу Южноградского областного театра драмы и комедии. Здесь она познакомилась с начинающим местным драматургом Валентином Локтевым, бурный роман с которым завершился через полгода свадьбой.
