— Нигар… меня не примет, Белл-Ориэль, — Риана покачала головой, задумчиво глядя вслед сыну. — Он считает, что я предала вас.
— Гин не может так считать, он тебя совсем не знает! Увидишь, всё изменится! Всё будет хорошо, мама! На самом деле Нигар очень добрый и он…
— И он меня ненавидит, — перебила женщина с горькой улыбкой. — Я почувствовала это, Белл. Нигар не такой, как ты.
— Просто дай ему время, — мягко попросил Белл, беря мать за руку и ободряюще сжимая пальцы. — Ты увидишь: он скоро оттает и успокоится.
Их разговор прервал неясный шум шагов. Оба обернулись и увидели Касиэру приближающуюся к ним со стороны поселения.
— Я была в хижине, хотела навестить Нигара, но его нет, — проговорила та, едва оказавшись на поляне.
— Гин очнулся, Кэс, — Риана подобрала с травы нехитрое одеяние, похожее на короткую тогу и протянула Белл-Ориэлю. Тот поспешил натянуть её на себя. — Он был здесь, но пошёл прогуляться.
— Ему нужно собраться с мыслями, — добавил Белл, подбирая с земли лежавшие доспехи, которые оставались на нём после поединка с Камияром.
— Как крылья? — заметив, как парень поморщился, поинтересовалась Касиэра.
— Почти зажили, спасибо.
— А у Нигара? Как его рана на голове?
— Я не успел спросить, — Белл смутился. — Но выглядит он лучше.
— Идёмте в дом, — прервала их диалог Риана, подбирая с травы грязную тогу. — Нужно ужин приготовить, а то моих мальчиков нечем будет накормить, — она улыбнулась, первой зашагав по тропинке.
— Тебе не по пути с Нигаром, Белл, — внезапно проговорила Касиэра, остановив парня, собиравшегося последовать за матерью. — Он изменился. И ты больше не сможешь удерживать брата от тьмы, что проснулась в нём.
— Она не проснулась. Её разбудили! — огрызнулся Белл, мгновенно растеряв всю былую доброжелательность.
— Посмотри на себя! — вдруг рыкнула Касиэра, и из воды с громким плеском поднялась тёмная мерцающая плита. Её поверхность, как чёрное серебро отражало всё вокруг подобно огромному зеркалу. Белл-Ориэль повернулся и несколько секунд хмуро изучал своё отражение.
— Хм, что это? — внезапно спросил он, с изумлением ощупывая свои щёки и подбородок, покрытые лёгкой светлой щетиной. — Почему у меня на лице волосы?
— Это… — Касиэра смутилась. — Так бывает у тех, кто… упал, — наконец, пояснила она. — Но я не о твоей бороде сейчас толкую, Белл! — она безапелляционно дёрнула его за локоть, призывая очнуться. — Ты посмотри на себя хорошенько! Ты уже не подросток и не нужно вести себя так, словно тебе шестнадцать лет! Пока вы падали прошли целые эпохи! Мир изменился. Вы изменились.
— Что ты хочешь этим сказать? — Белл нахмурился ещё больше, выдернув локоть из её цепких пальчиков.
— То, что ты вырос. И Нигар тоже. Он больше не нуждается в тебе, чтобы выжить. И ты в нём не нуждаешься! Оставь его, Белл. Нигар приведёт тебя к погибели! Он приговорён, понимаешь? Михаил скоро узнает, что вы выжили, и он ни за что не оставит попыток уничтожить вас двоих!
— Почему? — неожиданно Белл развернулся и схватил женщину за плечи, заставляя смотреть в глаза. Касиэра дёрнулась, но руки ангела оказались неожиданно сильными. После нескольких тщетных попыток высвободиться, она сдалась, устало выдохнув.
— Скажи мне всё, что знаешь! — потребовал Белл, буравя её взглядом. — Что произошло на полигоне? Что с Авророй? Почему Михаил нас выгнал? Кто наш отец?.. Ты ведь всё знаешь, Касиэра! Ты можешь всё объяснить!
— Убери от меня руки! — вместо ответа прошипела женщина, побледнев от негодования. — И не смей ко мне прикасаться!
— Я не отпущу тебя, пока не ответишь!
— Спроси обо всём свою мать! И своего брата! Я лишь хотела тебе помочь, но ты…
— Ты уже помогла, когда вытащила нас с Нигаром из океана, — хватка Белла чуть ослабла. Он поник, его взгляд стал усталым. — Это ведь ты сделала, Касиэра, больше некому. И от оков нас освободила ты… Не хочешь отвечать на вопросы — не надо. Но скажи хотя бы: почему ты нас спасла?
Женщина долго молчала, затем высвободилась из его рук и коротким жестом убрала зеркальное полотно.
— Мне показалось несправедливым решение Михаила, — не глядя на него, холодно проговорила она. — Но теперь я не уверена, что поступила правильно, пытаясь вас спасти.
— Ты… что-нибудь знаешь про Аврору? — голос ангела дрогнул.
— Ничего, — Касиэра мотнула головой и отвернулась. Белл побледнел и долго молчал, пристально рассматривая собеседницу, потом вздохнул и сменил тему.
— Послушай, я уже спрашивал мать об отце, но она молчит. Не хочет говорить со мной о нём.
— Риана хочет вас защитить, Белл, — помедлив, Касиэра повернулась к нему. — Но боюсь, уже слишком поздно.
— Ты права. Не стоит нас защищать, — взгляд ангела вновь стал холодным. — Михаил не оставит своих попыток. Рано или поздно нас всё равно убьют.
