— Как? Я не могу, слышишь, Керс, не могу? — взорвалась я. — Ты думаешь, что я виню себя, но это не так! Я слишком гадкая для этого, слишком грязная. Я не могу себе простить не его смерть, а то, что не жалею о ней ни капельки. Он умер, а я стала свободной. Вот что терзает меня, слышишь? Я потому решила стать целителем, чтобы хоть как-то все искупить. Этот город, эти люди, эти годы — все это моя попытка искупить его смерть!
Я разрыдалась, спрятав в ладони лицо. Слезы все лились, я размазывала их по лицу, громко шмыгала и пыталась выплакать все, что сидело во мне все эти годы. Керс молча встал, подошел ко мне и обнял. Я уткнулась, как утром, в форменный мундир и разрыдалась еще горше. Керс гладил меня по волосам.
Тогда, семь лет назад, в Гридине погиб не просто безымянный темный — погиб мой кузен, Александр Вэльс. Он был старше меня, после смерти родителей заменил мне семью. Он был замечательным братом, заботливым и внимательным. Но однажды я из прыщавой угловатой девочки превратилась в девушку, и братский интерес Александра сменился мужским. Я никак не могла понять, почему мой брат вдруг воспылал ко мне романтическими чувствами, и принять его предложение замужества не могла. Что за вздор: выходить замуж за кузена, да еще и в 18 лет! Чтобы как-то избавиться от его опеки, я уехала в другой город после своего совершеннолетия, начала там работать младшим следователем. Спустя некоторое время Александр приехал ко мне и показал отцовское завещание, которое стало для меня ударом: получить наследство я могла только в случае брака с Александром. Мне казалось, он весь лучился торжеством победы. А я была молода и порывиста: я рассмеялась ему в лицо и разорвала завещание в мелкие клочки. Уж лучше быть бедной и свободной, чем превратиться в тихую послушную тень Александра, какой он всегда хотел видеть свою жену. Он взбесился — еще бы, какая-то соплячка не принимает его чувств, смеет перечить. Он переехал в Гридин и ходил за мной буквально по пятам. Я не могла толком работать, встречаться с друзьями и видеться с молодыми людьми — везде мне чудилось его присутствие, везде был он! За 4 года он довел меня буквально до нервного истощения. В одно прекрасное утро я поняла, что больше так не могу, что либо соглашусь с его предложением, либо убегу на край империи. И вот в этот самый момент он исчез. Я недоумевала, а потом забила тревогу. Только оказалось, что я опоздала, и именно его нашли мертвым недалеко от Гридина.
Его смерть стала для меня избавлением. Больше не нужно было бояться собственной тени, можно было спокойно жить и работать. Но не получалось. В каждом случайно встреченном мужчине мне виделся Александр. Он начал мне сниться. Каждую ночь он приходил ко мне и укорял за то, что не бросила работу, за то, что не любила его, за то, что не хочу с ним встретиться. Я была на грани. Керс, с которым мы познакомились примерно в это время, думал, что я так убиваюсь по жениху, которого любила. Я ничего не отрицала и не объясняла, мне просто хотелось, чтобы весь этот кошмар закончился. Тогда Керс собрал свое семейство, состоящее из двух сестер, прихватил меня и перевез нас всех в Корлин. Так началась новая страница в моей жизни, которую лишь изредка омрачали духи прошлого.
— Ну, Лия, девочка моя, перестань! Хватит себя корить. Что плохого в том, что молодая красивая девушка не хотела выходить замуж за своего настырного кузена? Твоя совесть может спать спокойно, — приговаривал Керс, баюкая меня на своей груди.
— Ты правда так думаешь? — я подняла на него заплаканные глаза.
— Правда-правда. Умывайся и давай выпьем чего-нибудь.
— Давай. В шкафу есть вино.
— Вот за что ты мне всегда нравилась, так это за свою безотказность, — протянул Керс с усмешкой. — С другой стороны, женский алкоголизм опасен, ты знаешь?
— Выискался умник! Будешь пить один тогда, — пригрозила я.
— Боюсь-боюсь! — в притворном ужасе замахал руками Керс.
Я рассмеялась и пошла в ванную приводить себя в порядок. Когда через несколько минут я вернулась, Керс уже разлил по бокалам вино и о чем-то мирно переговаривался с Серым. Он протянул мне бокал и торжественно произнес:
— За то, чтобы прошлое оставалось прошлым!
Мы чокнулись и выпили. Недавняя истерика иссушила меня до дна, было хорошо и пусто. В таком состоянии плохо живется, но отменно рассуждается о делах.
— Каков сухой остаток вашей работы, Керс? Все трое пропавших одиноки, темные маги, родом из Гридина. Что еще?
— Пока ничего. Как думаешь, надо ехать в Гридин?
— Не знаю, — я покачала головой. — Надо искать тела. Вдруг с той историей никаких связей, мы же ведь не знаем, как их убили. И разбойники еще эти всю картину портят!
— Может, ты и права. Тяжело все это. Я ведь единственный темный в отделе остался. Ты пообещай мне, Лия, что приглядишь за сестрами, — глядя в сторону, проговорил Керс.
— Я тоже наполовину темная, дружище. Ты если что, пригляди за Серым, — усмехнулась я в ответ.
— Спасибо, что не стала уверять меня в том, что опасности нет.
— Ты же знаешь, что у меня аллергия на фразу "Все будет хорошо".
