— Лия, — хриплым срывающимся голосом зовет полковник, и я подскакиваю, как ужаленная. — Воды…
— Сначала специальный отварчик, а потом уже вода, — строго произношу я, заталкивая слезы поглубже.
Я помогаю полковнику приподняться и аккуратно пою его. Он слишком слаб, чтобы сопротивляться.
— Давно? — он недоговаривает, как будто стесняется, что я вижу его таким.
— Третий день, — мне не удается скрыть дрожь в голосе.
— Ты плачешь?
— Я очень испугалась за тебя, Рэми.
Я сажусь прямо на его кровать и, наклоняясь, покрываю легкими поцелуями его лицо.
— Ты сейчас должен набираться сил. Я дала тебе укрепляющий отвар с сонной травой, поэтому ты скоро уснешь. Если что-то понадобится, я буду здесь.
— Неужели ты все это время провела со мной? — Рэмиан ловит в плен мою ладонь и держится за нее, как маленький мальчик.
— Да. Теперь моя очередь дежурить около тебя, — неловко шучу я. — Только не думай, что все это сойдет тебе с рук. Как только поправишься — готовься к допросу.
Мой строгий тон никак не вяжется с улыбкой, которую я не в силах сдержать. Рэмиан улыбается в ответ.
Через несколько минут отвар начинает действовать, и полковник засыпает. Я аккуратно забираю свою руку и возвращаюсь в кресло. Надеюсь, очень скоро он встанет на ноги, и я смогу выспаться по-человечески. С возрастом такие ночевки даются все сложнее.
Нортон действительно очень быстро пошел на поправку. Буквально на следующий день после того, как очнулся, он уже самостоятельно вставал и передвигался в пределах своей комнаты — медленно и с трудом, но сам. Помощь он принимал неохотно, стыдясь своей временной слабости. Хороший сон, правильное питание и мои отвары быстро привели его в порядок, и через еще пару денечков он окончательно пришел в себя.
Вообще, полковник был хорошим больным: не капризничал, строго выполнял все мои указания и очень хотел поправиться. Пока он бодрствовал, я все время проводила в его комнате. Пока Нортон отдыхал от ловли преступников, мы много разговаривали и узнавали друг друга. Оказалось, что мы оба любим тихий и спокойный отдых, много работаем и мечтаем отправиться в путешествие по соседним странам. В остальном наши вкусы совпадали едва-едва: полковник предпочитал читать книги по истории магии и жизнеописания великих магов, а я — приключенческие романы с легким и предсказуемым сюжетом; я обожала танцевать, полковник — терпеть не мог; зато он иногда любил готовить, что само по себе было для меня непомерным испытанием.
Нортон много рассказывал о своей семье. Его родители были черными магами: отец с достаточно сильным даром, мать — с совсем слабеньким. Они владели одной из самых крупных артефакторских мастерских в столице, которую отец Рэмиана унаследовал где-то полвека назад. Там-то и состоялось знаменательное знакомство с будущей матерью полковника: молоденькая девушка с еле-еле теплящимся в крови даром была талантливым артефактором и пришла проситься на работу. Закрутился головокружительный роман, переросший затем в крепкий брак и партнерский союз.
— Теперь понятно, откуда кольцо и кулон, — посмеиваясь, заметила я.
— Мама сделала специально для тебя, — огорошил меня полковник.
— Ты рассказал ей обо мне? — моему удивлению нет предела.
— Конечно. Должна же она знать, для кого старалась.
Двусмысленность повисает в воздухе: думай, что хочешь.
— А почему родители не приходят тебя навестить? — резко сменила я тему, хотя, признаюсь честно, любопытно было узнать, что же сказал своей маме обо мне полковник, но спрашивать было страшновато.
— Я сказал им, что уезжаю в командировку, чтобы они не волновались.
— То есть ты предполагал, что исход твоего легкого расследования будет таким? — я указала рукой на кровать, на которой сейчас полулежал полковник.
— Такая вероятность есть всегда. На этот раз я действительно не знал, что так получится.
— Ты обещал рассказать, — напомнила я.
— Да рассказывать-то особо и ничего, — поморщился Нортон, но под моим тяжелым взглядом осекся и приступил к изложению. — Убили одного из столичных целителей, причем не просто убили — выкачали из него энергию. Ковен заволновался, что твой брат не так разгадал пророчество, и меня срочно вызвали. Мы бросили все силы на это дело. На следующий день нашли еще одного убитого — обыкновенный парень, работал в какой-то мастерской, слабенький маг: силенок хватало только на простейшую бытовую магию. Но и из него все силы выкачали! Дальше — хуже. Каждый день в разных местах обычно ближе к утру мы находили убитых и выжженных мужчин, все — светлые маги с разным уровнем дара. Ничего общего между ними, кроме пола и белой магии, не было.
— Погоди, — перебила я его, — но почему тогда об этом не писали в газетах? Почему в столице не было объявлено военное положение?
