И г н а т ь е в (резко). Не надо про войну! (После паузы.) На войне я оставил отца, которого так и не увидел. Который даже не успел узнать, что я есть. На войне, в блокаду, я потерял свою маму… Когда действительно еще под стол пешком ходил. Не ходил. Не мог. Полз. Половик грязный сосал, дистрофик… (Умолкает.)
П е р в у х и н а. Сергей Данилович, извините, как вас понимать… Вы, извините, против общественной работы?
Между тем К а л и н к и н вышел, но никто этого, кажется, даже и не заметил.
И г н а т ь е в. Не передергивайте! Я против того, чтобы общественная работа становилась пожизненной профессией тех, кто оказался ни к чему другому не пригоден профессионально!..
П л а т о в (вмешиваясь и перебивая). Сергей Данилович!
И г н а т ь е в (продолжая). …Ну, почему для того, чтобы быть избранным, достаточно одного личного желания? Почему хватаются за любого, изъявившего согласие, по принципу «лишь бы не меня»? Выходит, в этом хозяйстве что-то не так! Что-то здесь не то, выходит! Если это дается на откуп… (Чашкиной.) Вам! (Первухиной.) И — вам!..
П л а т о в (вновь перебивая). Сергей Данилович!
И г н а т ь е в. …Ведь такого, как Владимир Петрович Платов, только по ошибке, анекдоту, по явному недоразумению избрали!.. Шеф, Сентюрин не получит нашей телеграммы по первоочередному комплексу.
П л а т о в. Скандал.
И г н а т ь е в. Шеф, Сентюрин прилетел сам.
П л а т о в. Где он?
И г н а т ь е в. Сентюрин сидит со всем своим управлением у меня. Сентюрин сядет сейчас с нами в президиум. Шеф, Сентюрин может повернуть дело… Куда?! Как?!
П л а т о в. Идемте! (Остановившись.) Сейчас, сейчас…
И г н а т ь е в (в ярости). Шеф, мы кончим, наконец, весь этот балаган?!
Ч а ш к и н а. Это — человеческая судьба!
И г н а т ь е в. А там — чьи?!
Ч а ш к и н а. Вы пока еще только зам, и это — счастье!..
П л а т о в (перебивая). Глафира Степановна!
Ч а ш к и н а (продолжая). …И это наше счастье, что замы, как правило, редко наследуют места своих руководителей!..
П а н о в а. Действительно, балаган. Да кто кого судит здесь, в конце-то концов?!.
П л а т о в (перебивая). Светлана Павловна!
П а н о в а (продолжая). …Кто вы все такие, чтобы судить-рядить про все и вся?!
П е т р о в а (Платову, показав часы). Надо идти открывать актив: неудобно, если президиум опаздывает… Тем более, когда наверняка уже обсуждается — как и почему опаздывает…
П л а т о в. Товарищи…
П а н о в а (продолжая, к Первухиной). …Вы вот, — вы, вы! — были же на том профсобрании сектора, специально явились, и не могли утрясти, уладить конфликт?! Вы же за все это, — и только за это! — инженерскую зарплату получаете!..
П е р в у х и н а. А вы — за объективность вашу? Да какая еще там «объективность»! Равнодушие! Да лично вам глубоко плевать на людей!
П л а т о в (вновь вмешиваясь и перебивая). Софья Порфирьевна!.. Светлана Павловна!..
П е т р о в а (Платову, поднимаясь). Надеюсь, мы оба одинаково не желаем повторения подобного же там, в зале…
П е р в у х и н а (продолжая). …Плевать вам, плевать! И на него (На пустующее место Калинкина). И на нас! На всех! Плевать!..
П л а т о в. Товарищи…
Платова не слышат.
П е т р о в а (Платову). Если приказ согласовывается — достаточно позвонить в канцелярию, там распорядятся… (Направляется к выходу.)
П е р в у х и н а (уже не видя никого перед собой). …Но мы не позволим! Коллектив никому и никогда не позволит…
П л а т о в. Товарищи… (Врезав по столу так, что, звякнув, подскочили и повисли на шнурах телефонные трубки.) Молчать!!!
Воцаряется тишина.
Опомнитесь… (С болью.) Опомнитесь!.. (После паузы.) Местком переносится.
П е т р о в а (остановившись). Это будет проголосовано?
П л а т о в. Это решил я, председатель! Все свободны.
П е р в у х и н а (с протоколом). Владимир Петрович, как же…
П л а т о в. Все свободны.
Ч а ш к и н а. Слушай, Владимир Петрович…
П л а т о в. Все свободны. Все! Свободны!
П е т р о в а (в упор.). Владимир Петрович, я все же надеюсь…
П л а т о в (так же). Виктория Николаевна… все свободны.
Тяжело опираясь на палку, уходит П е р в у х и н а; не глядя ни на кого, выходит Ч а ш к и н а; Петрова направляется к выходу за Игнатьевым.
П е т р о в а (Игнатьеву). Наши точки зрения совпадают.
