На улице не было ни единой живой души. Проходная, а также автомобильная парковка были усыпаны трупами. Некоторые автомобили были превращены в решето, а какие-то так вообще взорваны. Стояла мёртвая тишина, а улица была пуста словно наступил конец света.
Прямо перед входом в гипермаркет стояла расстрелянная террористами полицейская машина. Двери были распахнуты, а мигалки не горели. Прямо у колёс автомобиля валялись офицеры, прибывшие на место. Это был не патруль, так как блюстителей порядка было не двое, а четверо. Значит, они прибыли на вызов. Каждый был облачён в лёгкий бронежилет и вооружён стандартным для полиции АКСУ. Однако, парни не успели сделать ни единого шага и были расстреляны в упор.
- Пиздец... - протянул Антоха.
- Выходим, забираем автоматы и возвращаемся. - выдал Кирилл.
В идеале, конечно, было бы неплохо забрать и бронежилеты, и рацию. Но сама парковка находилась на низине, ещё и представляла из себя огромное открытое пространство. В любой момент из любого окна парней может настигнуть пуля, а потому надолго покидать укрытие равносильно самоубийству.
- Пошли!
Совершив стремительный рывок, пацаны преодолели тот десяток метров, что отделял их от полицейской машины. за пару мгновений они отцепили от автоматов ремни и приготовились бежать обратно, как вдруг справа прозвучали несколько хлопков. Что-то больно ударило Кириллу под ребро отчего тот повалился на землю. Вслед за ним замертво повалился и Антон.
Всё произошло слишком близко. Антошка умер сразу, получив автоматную очередь в тело. Кирилл был тяжело ранен, но всё ещё жив. Но в сложившейся ситуации смерть была бы меньшею мукой, ибо помочь ему не мог никто. И теперь он обречён на то, чтобы медленно и мучительно истекать кровью.
Как глупо. Столько подготовки, столько лет учебных стрельб, столько лет игры в страйкбол. И всё для того, чтобы получить пулю в бочину и сдохнуть на холодном асфальте, как собака? От обиды и злости на глаза навернулись слёзы. Мысленно Кирилл попрощался с родителями, простился с другом. Извинился перед Андрюхой за то, что не выполнил задание. Попросил прощения у Евы, в которую он уже год был влюблён. Он не смог её спасти, не смог уберечь, и за это он будет проклинать себя даже тогда, когда отправится на небеса.
Вдруг над ним нависли двое солдат в камуфляже цвета хаки. Их лица были закрыты балаклавами, а мёртвые глаза выражали лишь безразличие, отчего по телу пробегал холодок.
- Вы кто...нахер...такие? - просипел Кирилл, хватаясь за кровоточащий бок.
Один из них хотел было что-то ответить, но второй пресёк порыв товарища, выстрелив Кирюхе в голову.
- Прости, пацан. Так надо. - мёртвым голосом сказал стрелявший, после чего они с товарищем удалились к гипермаркету, в который только что вошёл взвод солдат, высадившийся с трёх БМП в конце улицы.
Это здание должно было стать плацдармом для дальнейшего продвижения бронегруппы вперёд. Само здание предварительно было зачищено карательным отрядом, который подготовил всё для дальнейшего захода основной моторизованной группы и продолжил путь вглубь района.
Солдаты обнаружили Еву сразу же, как вошли в гипермаркет. Ева уж было попрощалась с жизнью, однако солдаты не стали в неё стрелять. Тогда она поверила, что смерть её миновала. Тогда девочка ещё не знала, что десять минут спустя она будет молить о том, чтобы её пристрелили.
Солдаты долго измывались над бедной девушкой, избивая и насилуя её. Поначалу она плакала и вопила от боли, а под конец не издавала ничего кроме писков и вялых стонов. В то же время где-то там, снаружи, лежали мёртвые Кирилл и Антон. Молодые, весёлые парни, убитые ни за что.
Ева вспоминала отца. Вспоминала старшего брата, который всегда её защищал. Вспоминала его друзей, которые всегда были готовы вступиться за неё и прикрыть своей спиной. В те моменты, полные боли и отчаяния, ей больше всего хотелось, чтобы вновь раздались выстрелы и в помещение ворвались солдаты отца. Они бы спасли её, а отец, нежно обняв её за плечи и прижав к себе, пообещал бы, что всё будет хорошо. Он всегда делал так в трудные для неё моменты.
Когда третий солдат подряд насиловал её, она мечтала, чтобы всё это оказалось сном. Чтобы она проснулась у себя дома, а над ней нависал её старший брат, обеспокоенно смотрящий на неё. После чего он бы обнял её, она положила бы голову ему на плечо и они бы долго-долго разговаривали. Как в детстве...
Но это всё не сон. Брата рядом нет, а отец не придёт. И армия тоже не придёт. Здесь есть только она и свора гиен, которые готовы порвать её на куски.
Закончился пятый подряд половой акт. Девушка чувствовала себя разбитой, из неё словно высосали все жизненные силы. Она больше ни о чём не мечтала, ничего не хотела. Она лишь молилась о смерти.
И вдруг к её затылку приставили холодный ствол автомата. Выстрел.