– Для начала налейте всем по сто, а лучше по двести грамм чачи. Собственная безопасность превыше всего. Далее каждый пускай рассредоточится по своим домам и максимально растопит печи, уложит женщин и детей в кровати под теплые одеяла. После необходимо будет выйти в огород и укрыть мандарины. Если вы успеете сделать свои дела, то непременно поспешите к соседу и помогите ему. Все мужчины в возрасте от двенадцати и старше, способные держать топор, встречаемся здесь, за час до наступления вечера. Разожжём огромные костры. Устроим морозу тепленький прием.
Жители деревни замерли, слушая обращение своего старейшины. Они всегда внимали его речам и советам, но никак не ожидали, что в нем проснется генеральский дух. Хотя Джарназ Мукба часто любил шутить: «Я много путешествовал. Где я только не был: и на Украине, и в Польше, и в Чехии, и в Австрии. Что я только не видел, пока до Берлина в сорок пятом пешком не дошел».
Единственные, кто радовался столь суровому прогнозу погоды, были дети. Несмотря на взрослых, побежавших выполнять поручение Джарназа Мукба они не легли в кровати, а достали доски и гвозди и принялись конструировать санки. Они краем уха услышали о том, что выпадет снег и никак не могли упустить столь замечательную возможность повеселиться.
Пока все село готовилось к нашествию мороза, возле центральной елки остались самый взрослый и мудрый человек в селе Джарназ Мукба и самая болтливая старушка Маруша.
– Маруша, а что еще говорит этот интернет? – спросил старейшина.
– Много чего. Практически все. В интернете можно найти ответ на любой вопрос.
– Значит, где есть интернет, в мудрецах нет нужды?
– Совершенно верно. Человек, у которого есть интернет, и есть мудрец. Он знает все столицы, самые высокие горы, самые соленые моря, исторические события и новейшие новости. Имея интернет, ты можешь доносить свои мысли и идеи до всего мира. Вот я каждый день пишу новые цитаты.
– Ты? Цитаты? Раньше нужно было прожить насыщенную и достойную жизнь, быть уважаемым человеком в обществе, сделать научное открытие, извлечь урок из собственных ошибок или путем долгих размышлений прийти к философскому заключению, чтобы сказать слово и тебя услышали. А сейчас, как ты говоришь, достаточно иметь подвижный язык во рту и интернет.
– Сегодня царит свобода слова, каждый может говорить, что хочет, где хочет и когда хочет. Это и есть – справедливость!
– Получается, младший может спорить со старшим. Глупец предлагать свои идеи наряду с образованным человеком. Неуважаемые люди, чувствовать себя наравне с уважаемыми. Это не справедливость, это бардак! Жить в справедливости – дело сложное. Оно требует дисциплины, выдержки и человеческого восприятия жизни. Но, к твоему счастью, скоро интернет будет везде. И нам всем дадут возможность высказываться. И мы будем говорить, говорить, и только говорить, превращая наши жизни в один сплошной разговор.
– Джарназ, ты старомоден. Твой век прошел. Вот, помнишь, ты сам рассказывал, как ухаживал за своей невестой, как это было сложно. А сейчас вы без проблем смогли бы общаться хоть круглыми сутками в чате, находясь при этом даже в разных странах, – Маруша не теряла надежды переубедить старца, но он был непреклонен.
– Помню, помню… Как я сутками добирался до их аула, чтобы утром оказаться на водопое и увидеть, как она придет с кувшином, чтобы набрать воды. Эх, какое это было зрелище, – воспоминания заставили Джарназа улыбнуться, – а когда я ее украл, то мы скакали на моей лошади через весь Северный Кавказ, уходя от погони ее братьев. И только забежав за спины своих родственников, я выдохнул, осознав, что она останется в моем доме и никто ее уже не заберет. Вот были времена! Не было интернета, зато было, что вспомнить.
Маруша не желала соглашаться с Джарназом. Напротив, она завелась не на шутку и говорила, говорила и говорила. А Джарназ сидел и думал о чем-то своем, не желая больше спорить.
Тем временем Шарах и Тадари, укрыв мандарины и растопив свои печки, собрались возле костра у первого в апацхе и размышляли как помощь селу.
– Конечно, план спасения Джарназа Мукба хороший, но недостаточно, ведь помимо мандаринов у нас есть и другой урожай, – начал Шарах.
– А помимо наших домов есть еще апацхи. Да и посуди сам. Туалеты то у нас у всех на улице. Пока дойдешь – замерзнешь. Да и там мерзлота та еще будет, – добавил Тадари.
– Друг, что-то мне подсказывает, что мы мыслим в одном направлении. Мы хотим дать тепло на все село.
– Ты совершено прав. Скажу более, у меня даже есть идея, – Тадари от радости подпрыгнул, но, слегка не рассчитав с приземлением, коснулся ногами края костра.
– Ай, ай, ай, – забегав по кругу, он пытался потушить угольки на брюках, – ай, ай, айрика! Айрика!
– Может эврика? – забавляясь ситуацией, спросил Шарах.
– Эврика была у Архимеда, а у меня будет айрика. Слушай меня внимательно. Мороз – это холод, но для передвижения ему необходим ветер. Именно он распространяет холод в разные точки, без него, тот смог бы морозить только в одном месте, поминаешь, – Тадари сделал паузу, выясняя, понимает ли его собеседник.
