— Гм, ну а если не вурдалак, а тот, кто терпеливо ожидал, предвидя рождение проклятого Эарнила, будущего Черного Короля? — не сдавался Я. — В таком случае запретное вето должно распространяться на весь Элиадор.
— Чтобы преподнести его на золотом блюде как щедрый дар? — закончил мою мысль янит. — Возможно, господин Алекс, так оно и есть.
— Мальчики, дорогие, а вдруг город полон темных эльфов? — тревожно вопросила Фанничка, рассеянно переплетая одну из косичек Кай-Рэ. — Тогда нас давным-давно могли заметить с тех высоченных башен. На границе, правда, мы эту публику почти не встречали, но тут земли покинутого Элиадора! Ведь кто-то мог не уйти в Эльфийский Край вместе с остальными и выжить после ужасов Черного Поветрия либо же прибиться сюда после, повинуясь властному зову Зла. Кстати, обратите внимание на тракты, на них нет следов всяческого хлама, свидетельствующего о запустении. Значит, напрашивается вывод, что они используются по назначению.
— Н-да-а, состояние дорог действительно хорошее, — не стал отрицать очевидное Сен, — но сам город, уверяю, пуст. Это мне подсказывает безошибочное чутье, основанное, если хотите, на магии.
Я не раскрыл рта, хотя сложил практически сходное мнение. Промолчать же заставило смутное ощущение, что это была все же пустота замаскированного на тропе снегом капкана, терпеливо поджидающего неосторожную жертву. Сколько в таком случае опасностей таит в себе подлинная жемчужина Элиадора — Ар-Фалитар? Прекрасный Сад Небес, где, если верны мои надежды, ныне растет дивной красоты Медовый Цветок. Похищенный и перенесенный туда злой волей Черного Короля, на розыски которого мы пустились по иронии великой шутницы — Судьбы…
— Хо! Ну вы, блин, и нашли тему для разговоров, — насмешливо пожурил нетерпеливо заерзавшийся в седле Рыжик. — По-одумаешь, эльфийский городишко. Эка невидаль. Да я, блин, в Эльфийском Крае осмотрел их тыщу штук.
— Рыжик, дружище, прикуси свой «святой» язык, — по-отечески, с легкой укоризной посоветовал Джон. — Пожалуйста.
— С чего бы это, Каланча?
— Да с того, милый мой, что не мог ты лицезреть эльфийские города в таком количестве. Никак не мог.
— Слышь, Каланча, будь добр, обоснуй базар, — моментально ощетинился «крутой» гном, — тока, в натуре, придумай че по уму. Убедительное!
— А мне и придумывать ничего не надо, — с победным видом расцвел великан, — потому как любой, кто действительно побывал в Эльфийском Крае, знает, что, миновав границу, чужестранец оказывается в пределах Гостевой Зоны. Попытка самовольно вырваться из нее смерти подобна, да и заведомо обречена на неудачу. Городов же там, в Зоне, практически нет, лишь торговые центры, расположенные на территории древних, еще доэльфийской постройки фортов.
— Вся их полезная площадь занята преимущественно складами с разнообразнейшими товарами, ожидающими отправки в настоящий Эльфийский Край, — авторитетно добавил я. — По сути, они не что иное, как перевалочный пункт изделий, поставляемых почти всеми государствами Английского Континента.
— А вы слышали, как эльфы между собой называют Гостевую Зону? — обратившись к компании, с кривой усмешкой спросил Карл. — Противочумной Пояс…
— Ого, блин, оскорбуха! Получается, люди, гномы и великаны — дерьмо собачье, то бишь чума, а они цацунчики с белыми ручками и благородной душой, — успешно перевел разговор в другое русло возмущенный гном. — Хотя чему тут удивляться? Остроухие негодяи всегда высокомерно ставили себя над другими народами. Проклятые зазнайки, чтоб им пусто было!
— Ладно, шкет, не трать попусту эмоции, — не дал ускользнуть хитрому гному Джон. — Поведай лучше о тысяче городов. Интересно, «блин», где ты их «стока» надыбал в Гостевой Зоне?
— А-а, это… Гм-м-м… — впервые за долгое время завравшийся Рыжик растерялся. Правда, он быстро пришел в себя. — Ну че ты, Джонни, не догадываешься? Ха, простачина! Да все же просто. В ясный день с пригорочков далеко видно. И города энти прекрасные, само собой. Э-э, лежат они словно на ладони. Бери, любуйся красотой надурняк.
— С пригорочков! На ладони! — повторяя интонацию гнома, передразнил Джон. — Да вся Гостевая Зона поросла вековыми дубами. На вершины ты, что ли, залазил, а, Рыжик?
— А че? И залазил, когда любопытство разбирало, — начиная нервничать, буркнул гном, — однако тебе-то какое дело?
— Орел сизокрылый, — Джон испуганно заохал, — а вдруг бы ты упал?
— Почему вдруг бы? — невинно поинтересовался я и тут же с ходу сделал предположение: — Скорей всего, так и случилось. Засмотрелся Рыжик по сторонам да и свалился вниз, благо при этом травмировав лишь самую неважную часть своего тела — голову.
— Слышь, брательник, скажи правду хоть раз в жизни, ведь так обстояло дело? — клещом вцепился в гнома Джон. — Облегчи душу, исповедайся друзьям и, поверь, не прогадаешь никак. Мы ж не звери, жалость у нас есть, значит, по-другому будем относиться к тебе и твоим «шалостям».
