— Во-первых, кто это, мы? А во-вторых, приятно все же, что я тебя провела. Здорово, правда?
— Здорово-то здорово, но мне тогда от начальства так нагорело. Какая-то пляжная дамочка, и вдруг такая ушлая оказалась! А насчет «мы» — это мой надежный человечек. Он за тобой как тень ходил везде.
Я встрепенулась.
— То-то у меня было ощущение, что кто-то хочет взглядом просверлить дырку в моем затылке. Ты знаешь, я, конечно, этого не могла знать наверняка, но у меня все время было ощущение, что за мной наблюдают. Интуиция, что ли? Не могу сказать точно.
Вадим улыбнулся.
— Я давно подозревал, что у тебя хорошо развиты все положенные человеку чувства, включая шестое и все прочие по списку, и даже не сомневался, что в какой-то момент ты можешь «срисовать» моего коллегу. Поэтому ему пришлось попотеть, чтобы не попадаться тебе на глаза. Ты ведь все время оглядывалась, и вообще, вела себя как натуральная шпионка. Не знаю, как тобой турецкие полицейские не заинтересовались, они там знаешь какие подозрительные. — Вадим произнес всю эту тираду очень серьезно, но в глазах его плясал очередной отряд чертей, штук так двести. И я поняла, что он меня подначивает.
— Послушайте, товарищ, — тут же парировала я. — А чего же вы хотели? Я же связалась с вами, практически с себе подобными, то есть, с людьми, у которых здоровый дух авантюризма — их путеводная звезда. Короче, с кем поведешься, от того и наберешься, — философски закончила я.
Вадим не возражал.
— Знаешь, мой коллега ходил за тобой на всякий случай, страховал. Иначе ты могла совершенно случайно таких дров наломать. Мы же не знали, что будут делать те люди… В общем, помнишь моих «коллег» на вилле?
— Еще бы. Их не забудешь. Колоритные персонажи!
— Так вот, это они вели переговоры одновременно и с бандитами, и с покупателями с Запада. А я должен был быть в курсе всего этого, да и еще не пропустить момент, когда Достоевский окажется у тебя в руках. Опасность была реальной — их сильно поджимало время, и они согласились тебя не трогать только потому, что я сказал, что женюсь на тебе и спокойно заберу книгу. Лишний шум и неприятности ведь никому не нужны. И потом, никто не знал, где ты спрятала книгу. И не было никакой гарантии, что ты ее добровольно согласишься вернуть. Судя по твоим решительным действиям, без боя ты бы не сдалась.
— О, да! Тогда бы ни за что. Но вот после встречи с ребятишками из художественной галереи я свое мнение изменила.
— И правильно сделала. Раньше надо было. Ты даже не представляешь, кому ты хотела наступить на больную мозоль. — Вадим нежно погладил меня по голове. — Да, задала ты нам задачку! Уследить за твоими перемещениями было просто невозможно. Проекты в твоей голове рождались спонтанно и их было так много, что только успевай поворачиваться! А чего стоила твоя идея о передаче книжки в Сандунах. Наши уважаемые бандиты вели тебя наперегонки с нами. И снова, удивительная штука, Достоевского спас обыкновенный воришка. Просто заколдованная какая-то книжка! Ведь, если бы ее не спер он, то ее у тебя забрали бы мы.
— Так что же, получается, что ты знал о моих с Ленкой секретных переговорах?
— И переговорах, и телефонах. — Вадим улыбался, и гладил меня по руке. — Знаешь, когда речь идет о таком важном деле, то нет никаких мелочей. А ты оказалась для нас крепким орешком.
Я задумалась. Оказывается, я все время ходила по краю пропасти. Я отплясывала на этом крае зажигательную джигу с завязанными глазами. Господи, меня же двадцать раз могли убить самыми разными способами! Бедный Вадим. И все это время он оберегал меня и был рядом. А я, дура, ругала его последними словами. Волна нежности охватила меня, но еще один вопрос так и вертелся у меня на языке. И я задала его.
— Ты мне можешь честно сказать, ты — шпион? Ну, в смысле, из этих?
Вадим и ухом не повел.
— Глупенькая. Никакой я не шпион. Я сторожем работаю.
Но при этом в его глазах опять плясали смешливые чертики.
— Ага. Сторож — олигарх. Занятно. Ладно. Не хочешь говорить, не говори.
Но на этом мое любопытство не закончилось.
— Слушай, а ты каким боком олигарх? Если ты работал в каких-то спецслужбах, то откуда у тебя столько денег.
Вадим доел пирожок и запил его чаем.
— Ты знаешь, почти случайно получилось. Когда я занялся «делом Достоевского», вернее, когда мне поручили им заняться, — уточнил Вадим, — пришлось открыть свой небольшой бизнес — я же должен был стать своим в среде моих новых «коллег». А мой бизнес вдруг неожиданно пошел в гору. Просто повезло.
— И правильно. Хорошим людям всегда везет. — Я перебралась на колени к Вадиму и прижалась к его щеке. — А ты ведь не очень хотел на мне жениться, я это видела.
Вадим помолчал, а потом тихо произнес:
— Я очень хотел, но мне было неприятно при таких обстоятельствах. Мне казалось это нечестным. Но у меня не было другого выхода, и я никак иначе не мог защитить тебя.
— А ты знаешь, я догадалась. И потом, я так хотела за тебя замуж, что мне было уже наплевать на принципы. Хотя, в обычных обстоятельствах я очень щепетильная.
Вадим рассмеялся.
