Работник церкви, видимо, ответственный за церковное хозяйство, разрешил мальчикам строить на запущенном огороде, захваченном той же церковью за домом. В гости приехала сестра с сыном, на полтора года младше Володи, сразу втянутым в артель, и закипело очередное строительство. Получился довольно вместительный шалаш и, главное, не лезет в глаза хранителям порядка двора. Сверху веток накидали, замаскировали, натерпевшись. И теперь шалаш, как магнит, стягивает с утра избранных посвящённых. Наша детвора, едва открыв глаза, летит к шалашу – и завтрак с собой. Пришло время обедать, мальчики на кухню заскакивают, прихватывают, что под руку попадёт, и опять в шалаш до позднего вечера, и несколько дней кряду. В чём дело – непонятно, требую, чтобы ели дома. Выясняется, они с ребятами подкармливают какого-то бездомного, который тут потерялся и временно пребывает в их шалаше. И с чистой душой ведут знакомить с бедолагой. Молодой парень двадцати двух лет, не может доехать до дому, до своего села, возвращается с заработков из Польши. Ждёт перевода денег на днях. На следующий день арестовывают и того парня, и моего сыночка, и ещё двоих пацанят. Нашего отпускают, позднее дают условно, а того несчастного садят на два года. Такова суровая забота государства о молодых семьях из сел. Не доехал горемыка с заработков. Стыдно ему было домой таким неудачником возвращаться. Недавно женился и жена с младенцем ждут от него материальной опоры. На занятые деньги прорвался в Польшу, там поскитался, работу не нашёл, визу просрочил. В итоге депортировали без гроша в кармане до Львова, и до своего села парень никак не мог доехать. Как он попал в шалаш, непонятно, да только не сразу над ним опека установилась. Вовка с братом Димкой обнаружили однажды утром в шалаше коробку с блоками сигарет. Удивились, никому вопросов лишних не задавали, взяли по пару блоков и притянули домой, спрятали, посовещались, выдвинулись за следующей партией. Приходят, а там парень этот сидит и с них спрашивает: «Не видал ли, кто был тут, сигареты пропали?» Пацанята, понятно, не признались, только неудобно теперь пришельца выгонять, так и приютили. Он, пришелец, про свои перипетии им рассказал. Жалко стало незнакомца. И таскали ему еду несколько дней до момента попытки ограбления киоска-магазина. Володя оказался соучастником, хорошо, что брат вовремя уехал и миновал эдакую компанию. Это был второй привод в милицию, где мой сынок получил год условно.
Первый привод был из-за неуёмной жадности соседки. Судья, а это была женщина, вынес, или правильнее, вынесла предупреждение. Это был единственный гуманный суд, выпавший на долю Володи. В предстоящих судах будет рассмотрение согласно тарифу. Для неимущих, если кто не знает, и существует государственная «законная справедливость», которая лишит жизни моего мальчика. Предоставив перед смертью жалкое существование замкнутого в теле гордого казацкого духа и замкнутой в том же теле прекрасной человеколюбивой доброй души.
Впервые мы попали в суд, когда соседка по дому, мать товарища Володи, подала заявление об ограблении. По сути дело началось немного раньше этого ограбления. Купила ребёнку горный велосипед, ну, не фирменный, конечно, китайский, и всё же. Велосипед был шикарный: серебряный, со множеством скоростей, довольно неплохо скопирован под хорошую фирму. Володя с ним не расставался и, конечно же, давал насладиться поездкой друзьям, у которых велосипеда не было. Один из его товарищей Макс был немного бестолковым, абсолютно бесхитростным и комедийно-доверчивым. Володя взял над ним шефство и во всех тусовках умел смягчить бестолковость его, облекая в шутку как оригинальное видение мира. Был у Володи такой дар, умел увидеть хорошее в плохом. Быстро забывал свой гнев и долго ни на кого не сердился.
Естественно, Максу тоже предоставлялось ездить на серебряном велосипеде. Будучи пухлым мальчишкой, Макс часто останавливался передохнуть, и как-то ребятня чуть постарше, из соседних дворов, попросили покататься у остановившегося на передышку Макса. По дружелюбию и доверчивости Максу не было равных, и он тут же уступил Володин велосипед незнакомым ребятам. Больше велосипеда и тех ребят никто не видел. Переступив через эту потерю, жизнь забурлила в другое русло. В то самое, где строились домики из досок. Каникулы должны быть насыщенными. А Володя умел насыщать пространство приключениями, за что и был награждён популярностью среди друзей. Популярность, как известно, имеет и отрицательные стороны. Трудно выдержать все искушения, которые появляются с популярностью. И чтобы насытить её сущность, приходиться приносить жертвы. Жертвой становилась семья. Чтобы быть популярным, требовалось всё больше времени проводить с ребятами, нарушать домашний режим, не быть маменькиным сыночком, а быть самостоятельной личностью, непослушным мальчиком со всеми вытекающими последствиями.
