– Ты не поняла, сестрёнка, – перебила её Милли, что-то делавшая с приборами. – Эта штука бесхозная, красть её не нужно, просто пришли и взяли. Никакого удовольствия и никакого искусства! Скукотища…
– Зато мне не до скуки, – заявил Елизар, появляясь с пропеллером в руках. – Хорошо еще, что здесь нашлись работающие лебёдки. Но я всё равно не уверен, что эта штука поднимет нас всех, да ещё и с грузом.
– Не боись, братан, всё под контролем! – оживился Билли. – Ты имеешь дело с профессионалами. Вот, зацени – снимаем старую паровую машину и оставляем её здесь, а на её место ставим авиационный мотор от наших саней, и всё – дело в кепке! Наш мотор легче, так что твои опасения насчёт веса напрасны. К тому же он раз в десять мощнее этой паровой старушенции, так что дерижопель полетит, как ракета!
С этим было трудно поспорить, но всё же лётчик сомневался. Старинный дирижабль, который они здесь обнаружили, смахивал на цеппелин, но выглядел каким-то маленьким, почти детским. И всё же эта штука когда-то летала. Вся конструкция носила следы эксплуатации, хоть и сохранилась на удивление хорошо. Более всего вызывала опасение герметичность баллона, но когда они с помощью воздушной помпы накачали туда воздух, то выяснилось, что всё в порядке, и даже избыточное давление не выявило дефектов в обшивке. Аппарат для закачки водорода тоже работал, так что в принципе воздушный корабль был готов к полёту.
Недоставало одного – топлива. Движущей силой дирижабля была компактная паровая машина, работавшая на мазуте. Но ни в баках, ни в ангаре, ни в одном из складов заброшенной станции мазута не было. Единственно, что могло его заменить, это дроблёный каменный уголь, который пришлось бы загружать вручную, по-старинке – лопатой. Но каменного угля здесь тоже не было, а когда Они предложила топить дровами, то близнецы-угонщики рассмеялись в один голос.
– Дров, сестрёнка, – авторитетно пояснил Билли, – нам понадобится вагон, а вагон дров этот пузырь не поднимет. Да и не наберётся здесь вагона дров!
Решение вопроса подсказал Елизар. У них же есть аэросани, которые всё равно нельзя забрать с собой. Мощный авиационный двигатель не так сложно снять и закрепить на корме дирижабля. Он тогда не думал демонтировать паровую машину, так-как при этом пришлось бы разобрать весь аппарат.
По части – разобрать-собрать, близнецам, как выяснилось, не было равных! Правда, во время сборки у них всегда оставались лишние детали, но это не смущало Адских угонщиков. Механизм-то работает! Вот и сейчас, пока Елизар со всей аккуратностью снимал двигатель с саней и при помощи найденных лебёдок перегружал его на тележку, чтобы доставить к летающей машине, близнецы открутили все гайки, что смогли и что-то даже распилили.
Они, вовремя сообразив, что находиться рядом с безумными механиками опасно, поспешила отойти подальше от консолей, на которых была закреплена гондола. И вовремя! Едва Елизар открыл рот, чтобы сказать, что паровая машина занимает всю центральную часть аппарата, и что изъять её, значит разрезать гондолу пополам, как эта самая центральная часть обрушилась вниз с жутким грохотом, и от неё во все стороны полетели гайки и шестерёнки!
Середина гондолы оказалась как бы вырезанной, и от корпуса остался только нос и хвост. Лётчик выразительно посмотрел на полусатира, но тот беспечно пожал плечами.
– Соединим металлическими фермами, – пояснил он свою беззаботность. – Я видел кучу ржавых профилей там в сарае. Но это наша забота, а ты давай, тащи двигатель!
Легко сказать – «Тащи двигатель!» Он его притащил, и даже с помощью лебёдок поднял на корму дирижабля, откуда близнецы уже убрали старый пропеллер, похожий на крылья ветряной мельницы, и все коммуникации, приводящие его в действие. Но это ведь только начало! Требовалось надёжно закрепить двигатель в месте для того не предназначенном, после чего наладить управление им, не забыв о том, что у саней и у дирижабля оно разное. Тут к делу подключилась Милли, которая, оказывается, понимала в таких делах лучше брата.
– Привод к штурвалу сделать не удастся, – объявила она, исследовав приводные тяги, поворачивающие старый винт. – Здесь другой принцип, и мы просто технически не справимся, или штурвал будет не провернуть.
– А как же быть? – спросил Елизар, которому эта затея казалась всё менее осуществимой.
– Смонтируем рычаги управления прямо здесь, – заявила мелкая изобретательница. – Непосредственно за двигателем жёстко закрепим кресло, посадим в него тебя, вот ты и будешь управлять кораблём, ведь для этого длинные тяги не нужны.
– Эй, как же я буду управлять, если я оттуда ничего не увижу? – удивился Елизар.
– А тебе ничего и не надо видеть, – улыбнулась в своей манере, от уха до уха, угонщица Милли. – Мы будем сидеть на носу, и смотреть, а тебе станем командовать – «Лево руля! Право руля!»
Такая перспектива не слишком улыбалась пилоту высокой квалификации, и он сделал ещё одну попытку:
– Можно подумать, что я услышу что-нибудь, когда сзади грохочет двигатель?
Милли призадумалась.
