Зато объявила сто подробностей того, как для пробы способностей собак раскрыла кражу поклажи из одного гроба.
Началось это — на авось: с потерянного лотерейного билета.
«Лелея злобу к богатею, могилокопу и соседу, к его обеду: салу, крабу, салату, пату, эскалопу — и не имея и для пробы у своего стола ни сдобы, затеяв месть и честь жалея, сыграла баба в лотерею.
Не в силах срам отрепий штопать, свой нрав поправ, на беды топать, не приняла советов мужа („осудят люди — будет хуже“) и пополам с женой соседа билетов пачку закупила и затвердила, как задачку, что взяв машину, жребий кинут.
И вдруг от стужи вьюг — несчастье: супруг скончался в одночасье. Забыла баба тут же зависть — дела без зла на ум сбежались: купила розы, слезы лила, озноб неслабый пережила, костюм на мужа нацепила и — гроб в могилу проводила.
Потери зуд, как честь, хранится. Но тут — газета и таблица. Соседка сверила билеты и злится едко и с подначкой:
— В твоей полпачке есть удачка! Не прячь-ка нашу половину и в кашу слей свою кручину. Быстрей, быстрей — мою машину!
Полезла баба за билетом. Но бесполезно — без просвета. Как жаба в сетке, задрожала, издала стон и угадала, что он — в кармане пиджака на вялом стане мертвяка.
Она — к соседке:
— Ай — яй — яй!
А та — проста:
— До дна копай!
Пошла несчастная к начальству.
Взяла бумагу на раскопки.
Хула беднягу жгла без топки, пока ждала в противогазе, что мертвяка возьмут из грязи.
Но тут вкусила пробу хуже: ни гроба в яме, и — ни мужа! Могила стыла в сраме лужи!
В засаде следствие не спало. И в соответствии с сигналом приковылял за призом дядя и, глядя снизу из фуражки на пистолет у чужака, живописал финал у гонки: сказал, билет достал в кармашке у пиджака в комиссионке.
А в магазине — не в пучине!
Подняли в зале накладные, и понятые без утайки признали ум разбойной шайки: жлобы покойных вырывали, гробы сдавали — у охраны, костюм — на явках у прилавка, а трупы — к супу в рестораны.
Но оказалось, сила — вялость, а что — упруго, то — попалось: глава затей — злодей и копщик, сама соседка — кто? — сообщник!
Тюрьма супругов — в клетку скрыла.
Вдова — награду получила: в кручине гаду отомстила и на машине укатила!»
Едва бедовый председатель снова стал единицей хранения, как потерял права и испытал подозрения.
Один злопыхатель раскопал эпидемию, пожелал объясниться как гражданин и за премию написал заявление:
