Казалось, пришло время поговорить начистоту. Медленно, как будто сожалеет об этом, он отстранился. Я села прямо и постучала по месту рядом. Мой айпод был спасён из обломков машины, и я отодвинула его в сторону, чтобы освободить ему место.
— Присядь ко мне.
Ашер сел так далеко, как только позволяла каменная скамейка. Не хороший знак. Его брат уже предупредил меня, что он будет вести себя так.
— Когда ты разговаривала с моим братом?
— Сегодня утром. Я искала тебя, и у нас состоялся интересный разговор. — Я вспомнила его в мыслях ещё раз.
Лотти, после моего стука, открыла дверь. Мы с подозрением посмотрели друг на друга. Что касалась меня, я хотя и была ей благодарна за то, что она помогла Люси сбежать, но не могла забыть о том, что она предала меня.
Однако мы оба любили Ашера, и это ложилось в основу нашего моментального перемирия. Она извинилась, а я простила её, но предупредила, что она больше не будет рада своей жизни, если предаст ещё раз кого-нибудь, кто мне дорог.
Габриэль, прислонившись к дверному проёму ведущему в гостиную, подслушал наш разговор.
— Я никогда бы не ожидал, что ты простишь её, — сказал он, когда Лотти ушла. — Ашер едва может находиться с ней в одной комнате, и она это знает.
Я удивлённо подняла брови вверх.
— Почему ты мне это рассказываешь?
— Может быть потому, что ты сможешь добиться того, чтобы мой брат тоже простил ее? — сказал он с жестким тоном. — В конце концов, этой проблемы без тебя не было бы, целительница!
По Габриэлю было заметно, что ему причиняло боль, видеть как его семья страдает и на это я и отреагировала, а не на оскорбление.
— Ты хочешь намекнуть на то, что целительница даже тогда на что-то годна, если всё ещё дышит, защитник? — спросила я с сарказмом.
Он сразу же понял намёк. Очарованно я наблюдала за тем, как он запрокинул голову назад и покинул комнату, громко смеясь. Даже с развевающимися волосами брат Ашера был по-настоящему красивый.
— Знаешь, я бы не возражал, если бы эту часть ты вычеркнула из памяти. — Обиженный тон Ашера заставил меня рассмеяться.
Я пожала плечами.
— Габриэль красивый! — Ашер состряпал угрюмое выражение лица, и я подняла одну руку вверх. — Но он не ты. Смотреть на Габриэля приносит радость, он похож на мраморную статую. Холодный и неприступный. Ты же… У меня чешутся пальцы, проследить твой шрам, провести по волосам, почувствовать твою кожу. А когда ты прикасаешься ко мне, у меня из груди выпрыгивает сердце. Ты владеешь им, Ашер. И это с того дня, когда мы встретились на пляже.
Мои слова заставили его замолчать. Его лицо расслабилось, и он смотрел на меня распахнув широко глаза. Всё это время я сражалась против него и моих инстинктов. В одном я должна была благодарить Дина — я больше никогда не буду, даже одну минуту, проведённую с Ашером, считать как само собой разумеющееся.
— Ты должен простить Лотти, Ашер. Ты не можешь вечность вынашивать против неё злобу, в конце концов, она твоя сестра.
Он сжал губы, а его глаза сузились.
— Что это такое, Реми?
— Что ты имеешь в виду? — спросила я сбитая с толку.
— Вот это. — Он указал на меня и на себя. — Первоклассные объяснения собственно это не твой конёк. У меня такое ощущение, как будто ты хочешь попрощаться.
Я скривила рот в улыбку.
— Забавно, когда ты пару минут назад поцеловал меня, я подумала тоже самое.
Его щёки покраснели, и он имел приличие отвести взгляд. Значит, я была права. Он не мог простить мне, что я сделала его снова бессмертным, а я не сожалела об этом, когда он сидел передо мной живой и в тысячу раз привлекательней, чем дозволенно.
— Мне нечего тебе прощать! — Он ухватился крепче за мои плечи и заставил посмотреть ему в глаза. — Я не собирался тебя бросать. Я ещё далеко недостаточно провёл с тобой время!
— Как долго ты будешь хотеть меня? — спросила я дрожащим голосом. — Как долго, когда я стану старше, а ты останешься в том же возрасте? Как долго, когда защитники начнут за мной охотиться и твоя семья снова окажется в опасности?
Он убрал прядь волос с моего лица и провёл пальцем вдоль щеки.
— Всей жизни должно быть достаточно, mo cridhe. Ты так быстро теряешь надежду. Ты изменила своё мнение обо мне?
— Никогда! — Я встала и заходила туда-сюда. — Но ты можешь изменить своё. Есть вещи, которых ты не знаешь, вещи, которые я выяснила, когда была во власти Дина.
Ашер встал и засунул руки в карманы джинсов.
— Это имеет что-то общее с твоей беседой с Габриэлем?
Я кивнула, закрыла глаза и вспомнила то, как последовала за Габрэлем в гостиную.
— Ты должен оказать мне услугу, Габриэль.
Он приподнял одну бровь.
— Знаешь, ты требовательнее, чем любая из моих глупеньких подружек?
Я чуть не подавилась от смеха и была удивлена, когда он добавил:
— Хороший слух защитников, ты ещё помнишь?
Я подняла небольшую бутылочку красной жидкости вверх. У Габриэля были необходимые связи, чтобы заняться этим.
— Это нужно проанализировать.
— Твоя кровь?
Я кивнула.
— Ты сказал, что я отличаюсь от других целительниц. Вот здесь доказательства.
Раздражённо он нахмурился.
— Маловероятно. Без пробы другой целительницы я не уверен, на что нужно обратить внимание.
