Хотелось шлепнуть его по руке, но я удержалась, чтобы не устраивать сцену. Не надо было давать этим людям еще один повод обсуждать меня. По возможности я хотела оставаться незамеченной. Невидимой. Но этого явно трудно было достичь, пока я стояла здесь и спорила с их королем. Он только сделает все еще хуже.
И все же – не могла же я просто взять и уйти, позволив ему думать, что я ревную? Да, я безумно ревновала, но ему об этом знать необязательно. Необязательно знать, какое значение для меня имела наша вчерашняя встреча. Если он к этому относится так походя – значит, и я буду.
– Уверена, – я прошла мимо него в класс и села на одну из задних парт.
Ну и что, что у него оставалось мое расписание? Немного опоздаю на следующий урок – зайду в кабинет администрации и попрошу распечатать еще раз. В первый учебный день никто не будет меня ругать.
Бек плюхнулся за парту передо мной и улыбнулся мне через плечо. Он сделал это специально, чтобы я смотрела на него каждый раз, когда смотрю на учительницу. Бек вообще ничего не делал, тщательно не распланировав.
Я уставилась вперед, всеми силами стараясь его игнорировать, и слушала учительницу. Она вела высшую математику, и лучше уж было хорошо слушать, а не разбираться с Беком. Я не дам ему меня отвлекать.
Перед ним лежала открытая тетрадь, но он не сделал ни единой заметки.
В рюкзаке завибрировал телефон, и я поспешно схватила его, прежде чем учительница заметила. Она как раз только что зачитывала правила поведения на уроке, и в первых же строчках значилось: «никаких телефонов». Я не собиралась влипать в неприятности в первый же день.
Зажав телефон между коленями, чтобы не было слышно, как он вибрирует, я пыталась сосредоточиться, но он подал сигнал еще пару раз. Я быстро проверила экран.
«Ты приревновала».
«Но не к чему ревновать».
«У нас с Ками просто история в прошлом».
Я выключила экран, не отвечая. Меня не волновала его история с Ками – очевидно, он врал. Меня это задевало, но я не хотела, чтобы Бек знал. Что касается него, ничего из этого меня не заботило – ни его настоящее, ни прошлое.
Телефон снова завибрировал. Желание проверить его было непреодолимым. Пусть я не хотела, чтобы Бек понял, но я отчаянно хотела узнать, что же он пытался мне сказать. Я изо всех сил пыталась противостоять этому иррациональному навязчивому желанию, но не сумела.
Ткнув в экран телефона, я снова увидела его имя. В контактах он был сохранен под именем «Клермон» – это наверняка было бы ему неприятно. Прочитав его следующее сообщение, я улыбнулась.
«Поверь мне».
Поверить ему? Он хотел, чтобы я ему поверила?! Ничего более нелепого предложить было нельзя. Да Бек же был воплощением ненадежности. Он был самым вероломным парнем, какие когда-либо мне попадались, и я не буду настолько глупа, чтобы доверять ему. Даже если он очень хотел этого.
«После того, что ты сказал своему отцу? Ты хочешь, чтобы я тебе поверила?»
Я сунула телефон под попу, не собираясь больше смотреть на экран. Бек то и дело оглядывался через плечо, чтобы посмотреть на меня, но я не обращала на него внимания. Если я собиралась закончить этот учебный год, тогда нужно придерживаться изначального плана: взять себя в руки, работать изо всех сил, забыть о нем. Последняя часть плана была относительно новой, но самой важной. Бек только усложнит мне этот год.
Прозвенел звонок, и я сунула тетрадь в сумку. Я поднялась, чтобы выйти вместе с ним, но вместо этого Бек вытянул свои длинные ноги, преграждая мне путь, когда другие ученики уже вышли из класса.
– Я разозлился, когда ты подслушивала наш с отцом разговор.
Он прижимал мое расписание к животу с абсолютно непринужденным видом.
– Мне все равно, Бек, – покачав головой, я попыталась перешагнуть через его ноги.
– Ты совсем не умеешь врать, – он подался вперед, взявшись за край моей юбки, чтобы притянуть меня ближе. – Ты чертовски хороша в этой форме.
– Похожа на твою девушку? – я склонила голову набок, подмечая его удивление, смешанное с раздражением.
Он явно не привык, чтобы ему отвечали, – уверена. И уверена, что Ками плясала перед ним на задних лапках, позволяя делать все что угодно.
– Похожа на мою проблему, – он дернул сильнее, и я была вынуждена шагнуть вперед. – Я же сказал тебе: она не моя девушка.
– А я тебе не верю, – я смотрела на него сверху вниз, и в этом было что-то такое, что придавало мне смелости. Но то, как он смотрел на меня в ответ, пусть и снизу вверх, давало ощущение, что контроль – ложный. Я кивнула в сторону двери: – Ками, наверное, уже ждет тебя.
Все остальные уже вышли из класса, даже учительница, но дверь была распахнута, и мимо проходило множество учеников.
– Но я разговариваю с тобой, – он приподнял пальцем край моей юбки. Я знала, что должна отбросить его руку. В том, что я этого не сделала, не было никакого здравого смысла.
Я сжала колени. Его палец двигался, напоминая мне, как двигались его руки вчера.
– Тебе нужно напоминание о том, что произошло вчера? – его палец, выскользнув из-под моей юбки, скользнул по моей голой коже между юбкой и гольфами до колен.
