- Никто никуда не пойдет, - несколько глуховатым голосом медленно произнес знакомый мне змеечеловек. Накхи по рождению были полиглотами. Стоило им немного побыть в какой-нибудь стране, как они тот час начинали говорить на местном наречии.
- Вы нас не остановите, - закричал отец Саргий, схватил за руку отца мальчика, и, толкая его впереди себя, сделал несколько шагов вперед. - Эти люди хуже зверей, они наших детей сожгли...
- Стой, где стоишь! - приказал змееножец, его узкие вертикальные зрачки сузились еще больше. Отцы остановились и оцепенели. А он продолжал говорить все также медленно и тихо: - Никто детей не сжигал. И не надо поднимать панику!
- Но мы сами видели, - выдавил из себя отец Саргий, его губы тряслись, и он машинально крестился, глядя снизу вверх на этого красавца.
- Вы видели, но не поняли, что происходит. Дети живы. Их отдали в новые семьи. Им будет хорошо.
Не знаю, почему, но говорить мне было трудно. Будто язык отнялся. Но я, сильно запинаясь, все-таки спросил:
- Но вы же не будете отрицать, вы там были, их положили в какую-то печь, и зажгли огонь?
- Не буду, - кивнул змееножец, - только это был холодный огонь. Аларианцам нужно было очистить детей от всего, что они могли получить от отцов.
- Зачем? - удивился я.
- Вы грязные, - ответил мне змееножец .
- Ну, знаете, - зашумели мы.
- Подождите, я попробую объяснить, хотя это нелегко. Я не имел виду физическую грязь. Вы не видите того, что вижу я. Каждый из вас имеет тонкую оболочку, и у многих она темная, почти чёрная. Это плохо. Это значит, что вы больны. Рано или поздно, без доступа света к телу, ваш организм начнет разлагаться, и эту грязь вы несете в своем семени. Следующее: вы спали с аларианскими женщинами без их согласия, под действием лучей ваших ПМ. Матери не были рады новорожденным. Их можно понять. Это естественно сказалось на детях. И хотя сейчас не видно, может проявиться в будущем в их агрессии или постоянной подавленности. Этого допустить нельзя. И еще, вы могли с генами передать детям ваши отрицательные качества. Знающие при помощи холодного огня активизировали материнские гены, и сделали пассивными отцовские. Теперь они будут походить только на матерей. Ну, и последнее, девочку и мальчика надо было стерилизовать. Им нельзя иметь детей, отцовские гены могут проснуться в потомстве. Эта неприятная процедура для малышей прошла хорошо! Они получили замечательных родителей.
- Ты мне тут нотаций не читай, - взвился отец Саргий. - Это мой ребенок. И вы обязаны мне его вернуть...
- Во-первых, не надо мне тыкать, а во-вторых, зачем покойнику ребенок? - пожал плечами змееножец.
- Но я жив? - воскликнул священнослужитель в отчаянии.
- О! Это ненадолго. У аларианцев вообще мягкие законы. Мы бы за то, что ты делал с девочкой, просто разорвали бы тебя на куски, - зло улыбнулся накх, а потом обратился ко всем: - Прошу сложить все острые, колющие предметы на пол, и последовать за мной. Вас будут судить.
Против своей воли, я, молча, выложил финку из кармана, вместе со всеми.
- Что это у вас? - обратился Змееножец к трем мужикам. Мы, как по команде, отступили, и они остались стоять на свободном пространстве. Их лица залила краска.
- Снимите, - приказал человек-змея.
Они расстегнули рубашки и сняли с себя полотняные пояса. Руки их дрожали.
- Что там, покажите?
Трясущиеся пальцы стали разворачивать материю, внутри которой лежали безделушки из драгоценного металла и камни, видимо отобранные у аларианцев.
- Вам это не нужно, - покачал головой накх, надо отдать владельцам. Всё, что лежит у вас в карманах чужого, положите сюда. Я обращаюсь ко всем. Вы слышите меня. Выложите все, что у вас в карманах, - повторил он, медленно обводя нас взглядом.
Мои руки непроизвольно вывернули карманы, на пол упал электронный переводчик. Я поднял его и вновь засунул поглубже. Никто мне ничего не сказал. Зато все остальные медленно, без желания, стали класть на тряпицы свои сокровища. Даже Шайтун положил три огромных красивых двойных кристалла. Мне он послал камни меньше размером. Зато мои лежат в сейфе, а он свои вернет владельцам, усмехнулся я про себя.
