Хантер никогда не был милосердным к тем, кто нарушает закон. И смерть наемника не являлась актом милосердия. Солт знал, что как только тот попадет в тюрьму, подсадные заключенные из Зоны Б узнают, что именно рассказал преступник, а главнокомандующему незачем оповещать противника о том, что и сколько он знает. И если Гарри Бакстер будет считать, что его отряд несостоявшихся похитителей мертв, то успокоится.
Хотя бы на время.
За два месяца, что прошли после нападения в общественной душевой, раны затянулись, а в некоторых местах даже шрамов не осталось. Конечно, меня мало волновали эти мелочи, но чем меньше напоминаний о неприятных событиях у меня будет, тем проще о них забыть. А ничто так не бередит душу, как физические отметины.
Эд действительно исправился: больше проступков за ним я не замечала. Он гулял с девочками, играл или включал DVD, пока я тренировалась в штабе солдат Хэйвена. Нет, в их ряды я не вступила, но после того случая с наемниками Бакстера решила, что форму поддерживать может оказаться не просто полезным, а жизненно необходимым.
Мама завела много знакомств среди женщин ее возраста. Оказывается, здесь есть даже что-то похожее на книжный клуб. А Норма Грин ничто так не любит, как провести вечер за хорошей книгой.
С Хантером за эти дни я не виделась. Странные ощущения одолевали меня на самом деле. Я не испытывала к нему каких-либо ярких чувств, но постоянно будто искала глазами. Это было для меня в новинку.
– Эй, не зевай!
Я отвлеклась на движение у входа, когда Мэл окликнул меня. Друг хотел сделать подножку и опрокинуть меня на спину, но я вовремя отпрыгнула и перешла в атаку. Взяв разбег на два шага, накинулась на него, обхватывая торс ногами, а верхней частью туловища старалась взять размах таким образом, чтобы получилось нанести смертельную рану острым предметом под лопатку. Правда, вместо настоящих ножей в руках были деревянные. Касание означало поражение. И я его коснулась.
– Черт, Джо, как тебе это удается? – восхищенно спросил Мэл, пока я слазила с него.
– Меня тренировал лучший учитель, – не без тени уважения ответила я, снимая резинку с волос.
Друг, воспользовавшись тем, что я отвлеклась, все-таки подставил подножку, отчего я упала на спину, но успела его потянуть за собой. Так Мэлвин оказался сверху, а его руки – по обе стороны от меня. Будто заключенная в ловушку, часто дыша, наблюдала за его дальнейшими действиями.
– Ну, что будешь делать?
Хищный взгляд Мэла блуждал по моему лицу, словно хотел обнаружить там замешательство или панику.
Как же плохо он меня знает.
– Буду выбираться.
– А получится? – его лицо стало ближе, а тон – ниже.
Мне это не нравится.
Ледяная ухмылка отразилась на моих губах, после чего со всей силы ударила лбом в кадык. Схватившись за горло, друг закашлялся, чем дал возможность выбраться из-под него. На мгновение на его лице отразилась растерянность, а потом он широко улыбнулся.
Я же была зла.
– Какого черта ты творишь? – не выдержала я, глядя, как он самодовольно скалится.
– Джо, не злись, – он примирительно поднял ладони. – Ты же знаешь, как действуешь на меня. А в таком виде – это вообще, как красная тряпка для быка!
– В каком виде? – не поняла я.
Он стал подходить ближе. Хотелось сделать шаг назад, чтобы сохранить дистанцию, но так я бы показала свою слабость, отступая. Поэтому оставалось лишь невозмутимо смотреть в его зеленые глаза, в которых опять отражался тот самый взгляд. Ему же будет лучше, если на взгляде все и закончится.
– Ты вся мокрая, а щеки красные, – тон голоса стал ниже. – Ты не представляешь, каких усилий мне стоило не поцеловать тебя прямо там, когда твои губы были так близки.
Когда между нами оставался всего шаг, он прикусил губу и поднял голову, прикрывая глаза. Тяжело выдохнув, вернул взгляд ко мне. Мэл хотел что-то сказать, но осекся, встретившись с моим, не самым дружелюбным, выражением лица.
– Почему ты раньше этого не сказал? – внутри все закипало от раздражения. – Ты хоть подумал, в какую проблему это может вылиться?
Он поморщился и опустил глаза.
– Я тебе настолько противен?
Его слова стали для меня пощечиной, и я отшатнулась от него. У меня и в мыслях не было оскорбить или причинить ему боль. Он мой друг и ближе него у меня никого тут нет. Не считая семьи. И он ее часть.
– Что? Нет! Я…
– Тогда что происходит, Джо? Почему ты воспринимаешь меня, как проблему, от которой нужно избавиться?
Столько обиды и горечи в его словах.
– Ты знаешь, почему я держу дистанцию, Мэл, – я подошла ближе и… взяла его за руку.
Мне тяжело переносить физический контакт с другим человеком после смерти Томаса, и это действие далось не без труда. Мэлвин немало удивился, но ничего не сказал, давая возможность мне выговориться.
– Прости, если тебя это угнетает или оскорбляет, но иначе я не могу. Хоть и прошло уже полгода, но ночью… – у меня перехватило дыхание.
Кое-как совладав с эмоциями, постаралась ровно выдохнуть.
– Я знаю, Джо, – тихо сказал он.
Поджав губы, качнула головой.
– Знаешь?
– Ты беспокойно спишь. Тебе он снится? – заботливо поинтересовался друг.
