Амри старался не трястись от страха, глядя на то, как модра Этри выводит за собой Стейю и Кайлана. Ему не хотелось оставаться в одном помещении со скекСа, но уж лучше было остаться, чем оставить там Найю одну. Хорошо, что скекСа не заметила прячущуюся на его плече Тавру.
– Девочка-дренчен, – заговорила скекСа, – у тебя есть имя?
Найя помолчала. Она еще не сообщала свое имя Маринере, – то самое имя, к которому император скекСо добавил слово
– Найя, – попросту ответила она.
– Да. У тебя есть дар, Найя, не так ли? Подойди.
В голосе скекСа не прозвучало ничего, что намекнуло бы на то, что имя ей знакомо. Найя бросила взгляд на Амри и затем выполнила просьбу скексиса: встала рядом с ее рукой близко к Таэ. Амри напрягала такая ее близость со скексисом, но на данный момент с этим ничего нельзя было поделать, потому что предстояло не только спасти Таэ, но и уйти с корабля живыми.
– Помести руки сюда. Да. Закрой глаза и сфокусируйся… А ты, гроттан, будешь помощником. У тебя, наверное, тоже есть имя?
– Амри.
– Так, Амри, набери воду из крана.
Среди парящих труб рядом с железной печью для дровяного отопления были два крана. Одна ведущая к крану труба была запотевшей и холодной, а другая вилась от нагревательных печных труб и была очень горячей.
– Горячую или холодную? – спросил он, взяв пустой таз.
– Теплую. Только не горячую, иначе будут ожоги на коже. Когда наберешь воду в таз, намели туда успокаивающую соль. Найдешь ее на полке – выбери что-нибудь от обезвоживания. Сам подумай, а я пока помогу твоей подруге.
Амри кое-как выкрутил ручки крана, предназначенные для захвата лапой скексиса, а не руками гельфлинга. Пока вода из горячей и холодной труб медленно стекала в таз, Амри взобрался на полку под аптечной стойкой. Запасы скекСа поражали воображение: в них было все – от икры хоойимов до налрутового порошка. Если Таэ пострадала от инфицирования спорами, то, учитывая холодную кожу и бледность лица…
– Держи руки вот здесь. Споры находятся в легких… да. А ты быстро учишься, моя девочка. Похоже, тебя обучали. Наверное, модра Лаэсид?
Воркующий голос скекСа напоминал жидкие чернила, пропитывающие волокна чистого листа бумаги. Найя не спешила отвечать, но привитая с детства манера прямолинейности помешала ей солгать.
– Да, – ответила она.
– Целительница Голубого камня. Ее имя широко известно. Лорд скекЗок говорил, что у нее родились близнецы: сын отправился в Замок Кристалла, чтобы служить моей расе, а дочь унаследовала ее способность исцелять других своей
Кожа Амри покрылась мурашками. СкекСа
– Что будем делать? – шепнул он пауку на своем плече. На этот раз он очень хотел услышать ее совет и был готов на что угодно, лишь бы живым выбраться из столь жуткого места.
– Будем выжидать, – ответила Тавра так тихо, что услышал только он. – Сейчас можно лишь надеяться, что она действительно исцелит Таэ и что у нас будет возможность сбежать отсюда.
При звуке ее стоического голоса паника Амри усмирилась. Он осматривал банки и емкости, стараясь тянуть время, но в то же время торопиться. На полках стояло несчетное количество емкостей со специями, порошками и зельями, некоторые подписанные, а на других этикетки были настолько старыми, что их размыло приливами времени. Амри не знал, были ли там только ароматы и соли или и яды тоже. В определенных условиях любые из них могли оказаться и тем и другим.
Об их славе рассказывалось в сотнях песен на протяжении сотен трайнов.
Все это было ложью.
