Он увидел свет огней. Маленьких золотистых огоньков, поблескивающих в стеклянных, подвешенных на веревках банках. Дусанские веревки, сообразил он и сел. Почва под ним была мягкой и влажной и от прикосновения слегка подвижной. Воздух был влажным и пах рыбой и пылью, и издалека доносились стоны.
Первым он увидел Перисса, который сказал:
– Ну, значит, живой.
– У тебя получилось!
Амри охнул, когда Найя обняла его. Тело болело, словно было одним большим синяком, но в объятиях девушки-дренчена боль быстро унялась, словно Найя воспользовалась своей целительной
– О нет… она что…
Ему внезапно вспомнилось видение, показанное ему Таврой, когда та с ним сновиделась: воспоминание об Онике и Таэ на разорванном штормом суденышке, о том, как бесстрашная и сильная Тавра спасла их.
Найя покачала головой, и у него отлегло на сердце.
– Она в порядке. Отдыхает. Скиммер ее покалечил, но я смогла исцелить ее… Амри, ты просто чудо. Песчаный мастер Эримон сказал, что никогда не видел ничего подобного!
– Какой еще песчаный мастер?
Она показала на дусана, который был выше Перисса, но обладал знакомыми чертами лица и татуировками и наблюдал, стоя неподалеку. Остальные дусаны, столпившись у стены, поглядывали с любопытством, но не вмешивались. Амри потер глаза и попытался встать. Эримон отделился от компании дусанов, где стоял Перисса, чтобы пойти навстречу Амри. Он похлопал Амри по плечу:
– Рад, что ты выжил, мой друг, – произнес он. – Я видел, что ты вытворял в шторме. Было бы печально потерять такого смельчака. Где ты научился летать?
– Это длинная история. – Амри покраснел и высвободился из-под руки Эримона. – Где мы находимся?
– Таппа. – Найя широко улыбнулась.
– Что такое Таппа?
По слегка блестящим, вязковатым стенам комнаты прокатился глубокий клокочущий вздох, и у Амри возникло дурное предчувствие. Пол под его ногами зашевелился, и Эримон хмыкнул.
– Таппа – не «что», а «кто». Пойдем покажу.
Найя и Амри проследовали за Эримоном к ряду высоких узких окон в передней части комнаты. Живой комнаты, как понял Амри, разглядывая скользкую поверхность, вздымающуюся рыбными ресничными волосками, которых было все больше, чем ближе они подходили к выходу. Выходные отверстия, подобно грибам, были снабжены губчатыми воротничками. К внутренней стене помещения была прикреплена веревочная сеть, которая была проброшена через выходное отверстие и выходила на корпус судна – внешнюю часть
Взявшись за сеть, Амри вслед за Эримоном полез на открытый воздух. По снастям они взобрались на платформу, закрепленную на широкой спине Таппы. Еще один дусан управлял снастями, а другой, расположившись у носа Таппы, управлял движением длинной палкой, которой бережно подкреплял выкрикиваемые приказы.
Таппа, кристалл-скиммер, плыла в тянущемся из песка невыносимом пекле, словно лист по реке. Шторм был позади них: перекатывался по пустыне, словно стадо огромных черных чудовищ. Половина неба была светлой, а другая – темной, и, как ни мчала Таппа к красным горам, казалось, будто шторм их нагонял.
Эримон посмотрел на стену из бури и поморщился.
– Наш клан поделен на двенадцать групп – ксериксы, каждой управляет песчаный мастер. Мы редко собираемся вместе, но нас созвала модра Ситхи. Мы с моим ксериксом направлялись к Благоключу, когда нас настиг шторм: из песка поднялся его хвост и отсек нас от одной из стай… скиммеры испугались и разделились. Те, которых поглотил шторм, должно быть, увидели что-то под песком, потому что они сошли с ума. – Он внимательно посмотрел на Найю, затем на Амри. – Но если это ваш друг-спритон разослал видение на розовых лепестках, то, полагаю, вам уже об этом известно.
– Вероятно, потемневшие жилы дотянулись уже до пустыни, – быстро произнесла Найя. – Скиммеры увидели боль Кристалла, и она их поглотила… Это ужасно. Поверить не могу, что она распространяется так быстро.
– Так значит, вы получили послание? – спросил Амри Эримона.
– Верно. Стали понятны темные дни, виденные нами в кристаллических песках. Штормы, которые, как и звезды, раньше ходили определенными путями и на протяжении поколений сосуществовали с дусанами, стали хаотичными и непредсказуемыми. До сих пор трудно поверить, что виноваты скексисы, но других объяснений толком нет. Причиной может быть потемнение, как вы и сказали, возникшее из-за того, что лорды сделали с Сердцем Тра.
Невзирая на то что потемнение пробралось даже в пустыню, Амри ощутил в себе искру оптимизма. Хоть потемнение зашло так далеко, но, может, и надежда тоже?
– Так вы поверили? – спросил он.
– Да, мой друг. Я польщен возможностью спасти вас из бури. Я рад, что Таппа оказалась достаточно сильной, отвернулась от потемнения и выдержала, благодаря чему мы смогли вовремя найти вас.
Эримон, чуть обернувшись, посмотрел себе за плечо, туда, где на палубу поднимались Кайлан с Периссом, и добавил:
