– Значит ли это, что вы разожгли костер? – спросил Амри. Ему в это не верилось, но вдруг они уже это сделали. Если дусаны решились восстать против скексисов, то преодоление опасностей на пути сюда прошло не зря.
Эримон чуть наклонил голову.
– Мы каждый вечер разводим костры. Ночью в пустыне очень темно.
– Не такие, – произнесла Найя. – Огра поручила нам посетить все кланы и зажечь костры сопротивления. Но вы уже получили наше послание и, похоже, верите в то, что гельфлингам нужно восстать против скексисов.
– Верно. Мы уже слышали о беде и ищем ответы.
– Она не это имела в виду, – пылко перебил его Перисс. Но Эримон одарил его настолько холодным взглядом, что тот не стал продолжать свою мысль. Песчаный мастер, повернувшись к Найе, смягчил выражение своего лица.
– Гельфлинги в опасности, это понятно. Скексисам больше нельзя доверять. Дусаны всегда верили в то, что ответы есть в вечной песне Тра. Эти традиции принес нам древний мудрец, когда дусаны обнаружили Благоключ. Он научил нас медитировать, оберегать ритуалы земли и песню Тра. В его отсутствие мы продолжаем хранить и оберегать эти ритуалы. Если в покое этой медитации Тра захочет говорить с нами, мы ее услышим. Это все, что мы можем сделать: сдаться на милость ее мудрости.
Амри не понял, что это значит, но Эримон говорил об этом настолько торжественно, что ему было неловко задавать вопросы. Песчаный мастер дусан прочистил горло и нарушил странную тишину. Жестом он указал на ближайший шатер, большой, без факела у входа. Амри наклонился, чтобы через откидной вход заглянуть внутрь, и увидел, что там пусто.
– Вам туда. Вскоре опустится ночь, а ночью в пустыне опасно. Утром встретимся с вами у Таппы. Я перевезу вас через пески, чтобы вы могли продолжить свое путешествие, зная, что духом дусаны с вами. А пока пользуйтесь шатром и Благоключом, как вам самим захочется. Мне нужно встретиться с ксериксами и подготовиться к прибытию модры Ситхи.
Эримон глубоко поклонился и ушел, оставив брата с ними. Вместе они пронаблюдали шествие еще одной процессии несущих благовония дусанов. Они были одеты в простую одежду и медленно шли друг за другом, они даже не взглянули на наблюдающих за ними незнакомых гельфлингов. Казалось, будто они вовсе не замечают происходящего вокруг них и совсем не знают о шторме, который, как заметил Амри, уже нависал над вершинами гор. Разве он был так близко? Амри вспомнились слова, произнесенные Оникой по приезде в Сера-На.
– Что-то не так, – сказал он.
– Что-то или вообще все? – угрюмо прорычал Перисс, словно слова были застрявшими в его горле камнями. Тяжелой походкой он удалился прочь, и Амри не мог не заметить болтающуюся на его поясе
Первым в шатер вошел Амри. Сделан он был, как и все в мире дусанов, из костей и кожи, хоть после поездки во рту у Таппы и посещения корабля-монстра скекСа это выглядело все менее и менее странным.
Внутри шатра почти ничего не было, лишь вокруг очага лежал соломенный коврик. По трубе из скрученной коры дым выходил через верхушку шатра. Все было сделано так, чтобы можно было разобрать, сложить и легко уложить в пещеристые пространства внутри кристалл-скиммеров или под палубой песчаных скифов, которые были поменьше.
– Кому-нибудь охота отмокнуть в озере? – спросила Найя. Кожа дренчена стала совсем бледной. Амри ощущал сухость и раздражение кожи после поездки по пустыне, но даже вообразить не мог, что сейчас ощущала Найя.
– Я, пожалуй, отдохну, если не возражаете, – произнесла Оника.
– Я тоже останусь, – сказала Тавра и перебралась на колено Оники, которая села в прохладной тени шатра. Амри подумалось, что после пережитых Оникой мучений им, наверное, хотелось бы побыть наедине.
На берегу озера не оказалось такого песчаного пляжа с мелководьем, как в заливе Сера-На. Подойдя поближе, Амри увидел, что чаша водоема была выстлана корнями деревьев – древними, огромными, высушенными и древовидными, – она напоминала плетеную корзину, и в ней не было мелководья для перехода вброд, а была лишь темно-синяя глубина, дно которой увидеть было невозможно.
Внизу у воды было легче не обращать внимание на нависший неподалеку шторм. Амри постарался притвориться, будто никакого шторма нет, и надеялся, что Эримон окажется прав. Песчаный мастер наверняка понимает, о чем говорит. Он ведь знает Благоключ, знает традиции дусанов. С чего бы Амри сомневаться в нем?
– Очень необычное озеро, – сказала Найя, заглядывая в него. Она сидела на корне, болтая ногами в воде. Влага поднималась по ее телу, постепенно восстанавливая естественный зеленоватый оттенок кожи. – Но вода в нем волшебная!
Амри сел рядом с ней. Его босые ноги ощущали холод воды. Вблизи он заметил плавающих на глубине медуз и мечущиеся стайки рыб. Снизу поднимались большие и объемные пузырьки воздуха, от которых вода наполнялась минералами. Трое друзей намочили в озерной воде руки и ноги и попили питательную пресную воду.
