Я не успела понять, что произошло, и тем более что-то предпринять. Когда парни вышли из лавки, я все еще стояла на крыльце, пытаясь принять решение: рассказывать им о случившемся или не волновать лишний раз. Я носила не самые слабые артефакты, и все они молчали. Получалось, что никакого магического воздействия странная находка на меня не оказала, а значит, не стоило отвлекать друзей от более насущной проблемы – пропитания Пуговки.
Вернулись мы, как и планировали, до рассвета. Пробравшись в замок через потайной ход, застали в моей комнате весьма умилительную картину – спящего Влада с медвежонком на руках. Сонно приоткрыв один глаз, чернокнижник удовлетворенно вздохнул и продолжил сладко сопеть. Моркант только фыркнул на такую реакцию и потащил меня к себе, где ждали оставшиеся ингредиенты и приборы для приготовления смеси. Олан пошел с нами и безмолвным охранником расположился возле двери, внимательно наблюдая за всем происходящим.
Идиллия! И так хорошо мне было в этот момент, несмотря на все волнения прошедшего дня и усталость. В нашем родовом замке обитало мало детей, да и те не горели желанием общаться с зазнайкой-аристократкой. Поэтому редкие свободные минуты между учебой, помощью кормилице, занятиями с дядей и общением с мамой я проводила в библиотеке. Сейчас же, попав в окружение ровесников, я неожиданно почувствовала себя обычной восемнадцатилетней девушкой. Не травницей, спасающей чужие жизни. Не будущей ищейкой, преданной империи. А нормальной адепткой, у которой впереди жизнь, наполненная приключениями.
Наши общие старания не прошли даром: получившаяся смесь Пуговке понравилась. От ее сладкого причмокивания растаял даже северянин. Отдыхать мы разошлись за час до утреннего построения, весьма довольные собой и проделанной работой.
На завтраке парни выглядели неприлично бодрыми и оживленными, тихо обсуждая с другими адептами подробности вчерашнего прорыва. Я слушала их краем уха, уткнувшись взглядом в кружку с травяным напитком. По мнению повара напиток должен был пробудить в адептах бодрость и жажду знаний. Пока же он пробуждал лишь желание вылить эту прогорклую гадость и выпросить какао.
– Говорят, этот прорыв был намного больше предыдущего, – громким шепотом вещал Эвель, мой одногруппник.
– Они говорят так каждый раз! – парировал Ингард, парень из параллельного потока. – И в этом нет ничего удивительного. Когда мировая материя истончается, разрывы становятся все больше и продолжительнее. Но меня больше интересует, почему академию должны защищать мы, а не боевые маги?
– Потому что ты – будущая ищейка, – строго произнес Олан, привлекая к себе общее внимание. – Еще не единожды тебе придется столкнуться с порождениями других миров и тварями этого. Если ты думал, что всю жизнь просидишь при Ордене, марая бумагу, то сильно ошибся.
– Я бы даже сказал – смертельно, – поддержал друга Моркант. – Наш уровень подготовки ничем не уступает уровню боевых магов. Единственное отличие – не у всех есть магия. Но такие адепты с лихвой компенсируют это знаниями и умениями. Тебе бы не помешало и то, и другое.
– Ты, жалкий смесок, намекаешь, что я тупой?! – вызверился Ингард, вскакивая с места.
– Я могу сказать тебе прямо, что ты не сильно блещешь интеллектом, раз оскорбил своего товарища, с которым еще предстоит полевая практика, – спокойно заявил Влад, и под его взглядом покрасневший спорщик медленно опустился обратно. – Мор прав по всем пунктам. Помимо одержимых, на нашем пути будет предостаточно тварей, каждая из которых требует своего подхода. Чем быстрее и лучше мы усвоим академическую программу, тем больше шансов дожить до пенсии.
– Но ты с таким языком вряд ли доживешь без травм до окончания академии, – добавил Рихард, главный красавчик нашей группы, вызывая у меня чувство, похожее на симпатию. – Как и сказал Влад, каждый из нас может стать твоим напарником на практике. Подумай, захочет ли кто-то доверить тебе свою спину и тем более прикрывать? Можешь стать сильным одиночкой, но это возвращает нас к вопросу знаний и умений. И это касается всех. Пока что самым сильным и достойным адептом показала себя Раяна.
Я от такого заявления чуть не подавилась, удивленно посмотрев на парней.
– Преданность товарищам и своему делу ценится превыше всего, – пояснил свою мысль Рихард.
– Главное, чтобы это было взаимно, – скромно, но многозначительно парировала я.
– Золотые слова, адептка, – раздалось за моей спиной, и я невольно вздрогнула. – Дарико, Айсберг, Моркант и Маали – в мой кабинет.
– Да, куратор! – дружно отозвались мы и тут же, подскочив с мест, отправились в указанном направлении.
Лицо куратора я не успела увидеть, но судя по голосу – он был недоволен. Вывод напрашивался сам: нас спалили. Как и когда – второстепенный вопрос. Сейчас меня больше волновало грозящее наказание.
Как только дверь в кабинет куратора закрылась, мы удостоились пристального взгляда хмурых, как грозовое небо, глаз.