– У нас с соседями взаимовыгодное сотрудничество, так что не меня. Вокруг деревни действительно ходит чужой. Примеряется, вынюхивает, но пока не может пройти через защитные кристаллы. Не мог, до сегодняшнего дня. Старое кладбище выплеснуло огромное количество эманаций смерти, напитав тварь.
– Ты чувствуешь его?
– Да. Как зуд под кожей – не достать, не избавиться. И ты тоже сможешь. Отпусти себя, отпусти свою темную силу и позволь ей вести. Не бойся, в тебе слишком много света, чтобы самой увязнуть во мраке.
– Спасибо, но я предпочитаю доверять старым добрым приметам. Почему не рассказала ищейкам про чужака?
– Ни адепты, ни твой куратор все равно не смогли бы справиться. Я ждала тебя.
– Падший? – выдохнула я, сжимая кулаки, чтобы скрыть дрожь пальцев.
– Да. Вернется на рассвете, и на этот раз ему хватит сил, чтобы проникнуть в деревню.
– Тогда тем более нужно было рассказать моим друзьям и остальным ведьмам. Они бы усилили защиту.
– Не поможет. Слишком сильный, слишком опасный. Хочешь спасти всех, тогда останови тварь за границей защитного контура. Стань приманкой для падшего, а затем уничтожь его.
– Попробую, но не в одиночку. Ты знаешь, что падший здесь ищет?
– Знаю, – усмехнулась темная, – меня. Тварям Огненного мира не по вкусу моя дружба с Даймонием. Да и знания, что он передал, сильно пугают. Это не первый одержимый, что приходит по мою душу, но падший… Раньше их было гораздо-гораздо меньше. Сейчас же пламя чужого мира медленно, но верно принялось выжигать наш. Только Кхасар известно, чем все это обернется.
– Боги давно покинули наш мир. Со всем происходящим придется разбираться нам. Кстати, умеешь готовить восстанавливающее зелье из мертволиста?
В ответ темная ведьма самодовольно ухмыльнулась.
– Тогда приступай, – попросила я, – оно точно понадобится.
Оставив хозяйку дома заниматься зельеварением, я вернулась к избе старосты. На крыльце уже ждал куратор, сложив руки на груди.
– Вокруг деревни бродит падший, – поравнявшись с магистром Дакре, тихо произнесла я.
– Откуда такие сведения?
– Думаю, вы и сами знаете, кто живет в конце улицы. Ведьма чувствует приближение твари. Сегодня на рассвете падший попробует прорваться. Его нужно остановить на подходе, чтобы минимизировать потери.
– Судя по решительному выражению лица, ты уже придумала план, – не спросил, констатировал куратор.
– Придумала. Я выманю падшего из леса, а парни обстреляют из арбалетов.
– У меня есть идея получше. Мы поднимем ведьм и попросим их объединиться в Круг для подпитки защитных кристаллов. В это время вы с ребятами вернетесь в город и запросите подмогу. Если поскачете прямо сейчас, успеете до рассвета.
– Круг не поможет. Они бессильны против твари, поглощающей магию. А вот я могу ее убить. Проверено на практике.
– Ваша группа неплохо проявила себя в корчме, но в этом есть доля везения. В этот раз удача может от тебя отвернуться. Любой план должен состоять из слоев: если рассыплется один, второй встанет на его место. Твой пока односложен и не предполагает пути отступления.
– Я не планирую отступать, ведь за моей спиной друзья и деревня.
Незаметное движение – и магистр навис надо мной, зло сверкая глазами.
– Знаешь, кто умирает раньше всех? Глупцы и храбрецы. Я своими руками хоронил и тех и тех – и больше не намерен собирать погребальные костры.
– А чем ваш план лучше моего? – Я нахмурилась, чувствуя угрозу, исходящую от мужчины. – Вы также надеетесь на волю случая. Смогут ли ведьмы удержать Круг? Успеем ли мы в город? Как быстро придет подмога? Складывается ощущение, что вы не верите в удачный исход собственного плана, поэтому отправляете своих адептов куда подальше.
Магистр смотрел и молчал, но слов не требовалось – я все прочла в его глазах. Он действительно собирался избавиться от нас, чтобы не втягивать в бойню.
– Моя кровь способна обездвиживать и убивать падших, – повторила я.
– Ты рискуешь.
– Вся жизнь ищеек – риск. Мы знали, на что идем, когда поступали в академию.
– Разбуди парней и расскажи все. Возможно, у них будут дельные предложения. Я подниму ведьм – дополнительная защита деревне не помешает.
Куратор сделал шаг назад, и я облегченно выдохнула. Слишком много боли было в его взгляде, слишком явно чувствовалась вина за чужие смерти. Он действительно терял, но тщательно скрывал свои чувства под маской строгого, но добродушного преподавателя. Судьба серьезно испытывала этого мужчину, и страшно было подумать, какие ловушки она расставляла на его пути…
Впрочем, у каждого из нас своя история. Кто-то ломался под гнетом испытаний, покоряясь чужой воле. А кто-то восставал и шел напролом, не желая опускать руки. Я относилась ко вторым и искренне считала: все в наших силах. Только мы в ответе за свое будущее, какие бы задачи ни подкидывало настоящее.
А что есть будущее? Каждый наш последующий вздох.
* * *
Влад и Олан не спали и, судя по хмурым лицам, прекрасно слышали весь разговор.
– Я не вправе просить вас сражаться с падшим…