Придет с монетой
Посол Милетты,
И жги,
Жги,
Жги
Огонь алтарный.
И долг богине
Отдай,
Дай,
Дай..
На стол для жертвы
Взойди, надиту:
О, да!
Ах!
Ай!
И может статься
Экстаз охватит
Сильней
Других
Во сто крат!
И где взять силы,
Чтоб не возвратиться
На паперть
В тот
Зиккурат?
От него не спасает прививка,
И лекарств от него не пропить,
Не нужна с группой крови нашивка –
Его донорски не перелить.
Вы прокапайте мне оксиданты[39]
Иль введите уже антидот[40].
«Все пройдет,» – говорят фолианты[41].
Может, он тоже так же пройдет?
Обескровьте меня, обезводьте,
Обезлимфите, зов чтоб затих!
Только чувствую: нет, не спасете –
Цитоплазма он в клетках моих.
– То трепещет листва на березах?
– Не трепещет на ветках листва…
– Лепестки все пожухли на розах?
– Здесь годами росла лишь трава.
– Отчего я под ливнями с громом?
– Это новый осенний рассвет.
– Кто зовет меня ночью из дома?
– Ты запутался: дома здесь нет.
Прошу, Январь, колдуй,
Задел чтоб щеку снова
Целебный поцелуй
Красавца-Водяного.
Соблазн устроит так,
Что обманусь доверьем,
Ресниц пытливый взмах
Сотрет мои сомненья.
И снова буду ждать,
С надрыва, с поворота…
И, завершивши ждать,
Прожду еще чего-то.
Сведу себя на нет,
Чтоб вызвать на экране
Не тень твою, а свет
Зажженный мне в тумане.
«Когда богини мне дают детей,
Тебе подобных, дочка Артемида[43],
То Геры не пугаюсь я страстей.
Что пожелаешь – дам. Клянусь Фемидой!»
Так громовержец дочке говорил,
Держа малютку на своих коленях:
Тунику, лук и стрелы подарил,
Сопровожденье ланей и оленей.
Легка Охотница в ответах на мольбы
И целомудренна по Зевсову обету,
Но только для любви и красоты
Богиня ты иль нет – разбора нету.
«Свободна в выборе! – ей говорил отец. -
Проси, что хочешь – дам весь мир подлунный!»
Но с Орионом не сплести колец…
Коварны речи, тетива, как струны.
И не спасти любимого от ран.
Ты целомудренна – не смей о счастье грезить.
Не смотрит голубой Альдебаран[44],
Не плачет красным глазом Бетельгейзе[45].
Кто с дочкой несется по чаще ночной?
Как Ангел прекрасный, ездок молодой.
К отцу вся прижавшись, малютка дрожит;
Обняв ее, папа без устали мчит.
«Малышка, что бьется так сердце твоё?» –
«Родной, мне Лесная царица поёт:
Вся в белом, холодная, с острой косой…» –
«Да нет, это просто туман над рекой».
«Дитя, оглянись, не держись за отца,
Ведь с ним все равно не прожить до конца.
Ты даже не знаешь, как много всего
Есть в пышных чертогах дворца моего…»
«Ах, папочка, папа! Царица зовет,
Чтоб руки разжала, подарки даёт». –
