В глазах фейри-целителя вспыхнул гнев. По выражению его лица я догадалась, что он питает крайнее отвращение к моему виду. Точно так же смотрела женщина в переулке, когда меня похищали. Магия медленно исцеляла рану, но если это лучшее, на что способен этот надменный фейри, то ему не стоит прислуживать королю Летнего двора.
Он продолжал исцелять, но не смог добиться заметного прогресса.
Джондар перевел взгляд с мужчины на меня, а потом и королева. Мгновение он колебался, а потом принял решение.
– Раной займется она, – сказал Джондар, отталкивая целителя-фейри от короля, чтобы освободить мне место.
– Если король умрет, виновата будет она, – огрызнулся оскорбленный до глубины души целитель.
Проигнорировав его выпад, я без раздумий начала спасать короля. К счастью, у меня было достаточно времени, чтобы оценить тяжесть его ранения, хотя это крайне трудно делать без наглядного пособия. Я знала, что в первую очередь необходимо заживить нисходящую аорту, чтобы быстро остановить кровотечение.
Фейри-целитель, похоже, совсем не разбирался в анатомии и пытался залечить всю рану целиком, вместо того чтобы сосредоточиться на главном.
Я полностью сосредоточилась на исцелении аорты, и мои руки засияли привычным магическим светом. Всего за несколько секунд артерия зажила, а кровотечение остановилось. После этого я занялась пробитым правым легким и разорванной печенью, но на их восстановление ушло гораздо больше времени. Жаль, что здесь не имелось медицинского оборудования, которое бы отсосало кровь и лишнюю жидкость, чтобы было лучше видно. Именно так в моем королевстве работали обычные врачи и целители. Здесь же мне приходилось полагаться исключительно на свои умения. У меня было мало опыта в исцелении таких тяжелых ран, поэтому все проходило медленнее, чем если бы кто-то ассистировал мне. Но у меня было все необходимое.
Во время работы я следила за жизненно важными показателями короля, используя свои навыки, чтобы оценить тяжесть его состояния и обеспечить его выздоровление.
– Клянусь Эриленой, – прошептала королева, когда рана короля Элладана затянулась, а его дыхание выровнялось.
Голова у меня закружилась от напряжения, и я уперлась одной рукой в пол, продолжая вливать в короля целебную магию. Я отстранилась, только когда почувствовала, что начинаю терять сознание.
Джондар тут же оказался рядом и поддержал, не сводя с меня благоговейного взгляда.
– Я еще не… – начала я, но Джондар не дал мне договорить.
– Голред закончит. – Он кивнул в сторону изумленного фейри-целителя, который моргнул и покорно занял мое место, приступив к работе.
Я сделала несколько глубоких вдохов и с облегчением увидела, что отец Джондара открыл глаза и огляделся.
Белаша обняла мужа. Тихо плача, она возблагодарила незнакомое мне божество.
– Ты спасла его, – сказал Джондар. В его янтарных глазах читались благодарность и облегчение. – Как я могу отплатить тебе?
Я покачала головой.
– Я дала клятву. Это мой долг.
– Что тебе нужно? – спросил он.
– Немного отдохнуть и воды. Много, много воды…
Король попытался сесть, хотя недавно потерял много крови.
– Лучше не вставайте, – сказала я, положив руку ему на плечо. – Вам тоже нужно отдохнуть.
– Это был странствующий в тенях, – выплюнул король. – Как он попал в мой город?
Странствующий в тенях? О ком он говорил?
Услышав эти слова, Джондар напрягся, но быстро вскочил на ноги и отдал распоряжения нескольким стражникам.
– Проводите короля и королеву в их покои и охраняйте дверь. Голред, отправляйся с ними и проследи, чтобы отец поправился.
– Да, Ваше Высочество, – в унисон ответили стражники и целитель, а потом бросились выполнять приказ.
– Защищайте дворец, – приказал Джондар оставшимся стражникам. – И сообщите капитану Натаар о произошедшем, пусть она отправит стражу для защиты жителей от зверя. Передайте ей, чтобы ждала меня в стратегическом зале.
Стражники ударили кулаками по груди. Когда они ушли выполнять приказ, Джондар повернулся ко мне.
– Идти можешь? – спросил он, помогая мне подняться на ноги.
Я кивнула.
Мы торопливо вышли из зала.
– Крин и Арабис, – сказала я, с трудом держась на ногах и борясь с приступом головокружения.
– Знаю. – В голосе Джондара слышалось беспокойство. – Они были с Калиллом. Что, если…
В многочисленных залах, через которые мы проходили, было пусто и пугающе тихо, как будто все спрятались в укромных уголках и молча молились за свои жизни.
Спустившись в комнату, где прятали Калилла днем, первым мы увидели сломанную мебель. Ведущая к бассейну дверь была сорвана с петель, а на толстом дереве виднелись глубокие следы когтей.
– Крин? – позвал Джондар. – Арабис? – Он шел медленно, словно боялся того, что ждет его за порогом.
Мы вошли. В пещере было пусто, а на полу валялись обломки цепей из крория. Джондар внимательно осматривал пол и стены, видимо, в поисках следов крови, но ее, к счастью, нигде видно не было. Он нахмурился и пошел к бассейну.
– Наверно, они отправились за Калиллом, – предположила я, отчаянно желая, чтобы так все и было.
