— В таком случае он прогадал. Этой ночью госпожа Маргарита находится в надежных руках. Она… — Шатофьер осекся и быстро взглянул на Бланку. Она и граф Шампанский сейчас в усадьбе лесничего.
— Ага, понятно, — проговорил Филипп и тут же вскипел: — Так вы ей ничего не рассказали, идиоты?!
— То-то и оно, что нет. Когда мы уезжали, то не знали, что она там… то есть мы с Гастоном не знали, зато Симон знал. Он с графиней де Монтальбан… гм, оставим это. Одним словом, он видел в окно, как они подъехали к усадьбе и вошли в дом, но не счел нужным сообщать нам об этом до тех пор, пока мы не приехали в замок.
— Вот недотепа!
— Да нет, просто всю дорогу он дремал. Перед самым нашим отъездом я вытащил его тепленьким с постели и даже не потрудился как следует растормошить. Так что вина за все целиком лежит на мне.
В этот момент колокол на замковой башне гулко, но не очень громко пробил полночь.
— Остался ровно час, — сказала Бланка. — Вы упоминали о неком сообщнике, господин граф…
— Которым вполне может оказаться ваш муж, сударыня.
— Даже так?!
— Во всяком случае виконт Иверо уверен, что его сообщником будет граф Бискайский.
— Но ведь он в Памплоне, — возразил Филипп.
— А что мешает ему приехать в Кастель-Бланко, сделать свое грязно дело и к утру вернуться во дворец? Ведь можно подстроить все так, что никто, кроме верных ему людей, не будет знать о его отсутствии.
— Думаешь, охрана замка куплена?
— О нет, вовсе нет. Однако хозяева замков имеют дурную привычку делать потайные ходы.
— На что ты намекаешь? Что граф Бискайский знает тайные ходы в замке Маргариты?
— Он знает тайные ходы в СВОЕМ замке. Восемь лет назад Кастель-Бланко принадлежал ему, и вряд ли он, расставаясь с ним не по доброй воле, сообщил некоторые секреты его новой хозяйке.
Филипп так и присвистнул и вопросительно поглядел на Бланку.
Она кивнула, подтверждая слова Шатофьера, затем встала с кровати и вышла из-за стола.
Эрнан мигом вскочил на ноги. Следом за ним поднялся и Филипп.
— Итак, друзья, — решительно произнесла Бланка, — что мы будем делать? Лично я предлагаю немедленно вызвать начальника караула и велеть ему устроить в галерее засаду.
— Это уже сделано, — с готовностью ответил Эрнан. — Этим-то и занимается Гастон Альбре.
— Вот и хорошо. Как только я приоденусь, мы пойдем к Жоанне, расскажем ей обо всем и будем подле нее до тех пор, пока не схватят второго сообщника — кто бы он ни был.
— Вернее, первого, — уточнил Шатофьер. — Самого главного — который и должен убить княжну. А задачей виконта Иверо было, если он не соврал, лишь подстраховать его.
— А как же горничная? — спросил Филипп.
— Вот она-то как раз куплена, — ответил Эрнан. — В отличие от охран ы… И вот еще что, — добавил он, вновь переводя свой взгляд на Бланку. Боюсь, вы сочтете меня нескромным, моя принцесса, но я бы не советовал вам переодеваться — времени у нас в обрез, а выглядите вы вполне прилично.
Бланка скептически осмотрела себя в небольшом настенном зеркале, плотнее запахнула пеньюар и, выставив вперед ножку, убедилась, что при ходьбе она не будет обнажаться выше лодыжки.
— Хорошо, я пойду так. Времени у нас действительно мало.
Ночь была темная, безлунная, в коридоре царила почти что кромешная тьма, и трое молодых людей медленно продвигались вдоль стены, держась друг за друга. Ни фонаря, ни зажженной свечи они с собой не взяли, поскольку покои Жоанны и Бланки находились рядом, и их двери разделяло не более двух десятков шагов.
Возле самой цели этого короткого путешествия Эрнан вдруг замер и предупреждающе зашипел. Филипп и Бланка тоже остановились и навострили уши. Из галереи, которая соединялась с коридором впереди них, все явственнее доносился шум приближающихся шагов.
— Он? — прошептал Филипп, а про себя подумал: «Больно уж рано. Неужели он что-то заподозрил?»
Эрнан опять зашипел и подтолкнул Филиппа с Бланкой к неглубокой нише в стене коридора прямо напротив двери покоев Жоанны. Все трое спрятались в ней и, затаив дыхание, ожидали дальнейшего развития событий.
Вскоре из-за поворота показалась мужская фигура, также без свечи, и, крадучись, направилась к ним.
«Боже! — подумал Филипп. — Какой он здоровенный! Да он одной рукой способен свернуть ей шею… Кто же это, черт возьми?!»
Не заметив засады, мужчина остановился перед дверью Жоанны и легонько толкнул ее рукой. Дверь подалась и открылась почти бесшумно. Здоровила удовлетворенно промурлыкал и вошел в переднюю. Но не успел он взяться за ручку двери, чтобы закрыть ее за собой, как Эрнан с тихой грацией пантеры вынырнул из ниши, в два прыжка пересек коридор и набросился на него.
Никакой борьбы не было. Незнакомец был так ошарашен молниеносным и, главное, бесшумным нападением со спины, что даже не пытался сопротивляться. Одной рукой обхватив его за туловище, а другой зажав ему рот, Эрнан негромко бросил через плечо:
— Ко мне, друзья. И закройте дверь. Но потише.
Не создавая лишнего шума, Филипп и Бланка вошли в переднюю.
