– А что Андрей? – взмахнул рукой Аскольд. – Что, Андрей – не такой же жид, как ты? Правда, ты – чистый, а я только наполовину… Что, Боря… ты хочешь сказать, что тебе не нравится вот эта свинка? А? Так, что ли? Свиней, значит, убивать нельзя, а людей – можно?
– Ты чего взъелся-то? – продолжал недоумевать Борис Борисович.
– А ничего… – начал было Аскольд, но вдруг его голос оборвался, чтобы через секунду возрасти до пронзительной визгливой ноты:
– Куриц… Курицы… Гриль, бл… – а-а-а?!
Мыскин, голову которого вопль Аскольда пронзил, как вязальная спица пронизывает клубок, обернулся. В самом деле, через три столика от них в компании трех девушек сидел красивый молодой человек. Правда, он выглядел несколько болезненно, но в целом можно было только подивиться, какими завидными темпами он привел в себя в чувство после тех травм, что нанесли ему распоясавшиеся хулиганы из клуба «Белая ночь».
Вероятно, Гриль услышал вопль Аскольда, потому что резко отставил от себя прибор и поднялся на своем месте. Пошатнулся. Вероятно, он был немного подшофе, но ярость на лице Вишневского-младшего мигом улетучила из его организма эти хмельные пары.
– Ах ты, су-у-ука!!!
Аскольд схватил со стола нож и вилку – первое, что попалось ему под руку, отшвырнул тычком локтя пытавшегося удержать его длинноволосого Борис Борисыча и, перемахнув прямо через поднос с жарким, бросился к Грилю. Эйхман отшатнулся и, ухватившись для удержания равновесия за пятак умерщвленного порося, загремел на пол.
Жаркое из свинины упало сверху и приплюснуло длиннейший горбатый нос правоверного иудея к пахнущему шампанским влажному полу.
Тем временем Аскольд гнался за Грилем, который при виде приближающегося к нему с ножом в одной руке и с вилкой в другой кумира молодежи бросился наутек.
Он пробежал через весь зал, перевернув по пути два столика и опрокинув толстую и неповоротливую, как квашня, даму, которая только что встала, чтобы посетить кабинет с литерой «Ж», она же «L» – Ladyes, чтобы, так сказать, попудрить носик.
Аскольд настиг Гриля прямо у дверей – прыгнул, как снежный барс, и вцепился в плечи.
Столовый нож распорол тому синюю атласную рубашку и порезал плечо.
– Говори, козлина ты дойная, кто убил Лио и устроил… устроил все это? – завопил он, до хруста выворачивая руку упавшему на пол Грилю. – Тебя мой дядя на все это своротил, правда, сука ты такая? Ну-у!!
Тот едва удержал крик боли и, втянув голову в плечи, быстро проговорил (кажется, он в самом деле был испуган):
– Андрей, я клянусь тебе, я ничего не знаю. Я делал только то, что мне поручали… но мне не приказывали никого убивать. Так получилось…
– А на кого ты работал?
– Да я…
– А кто велел запалить меня на «мокрухе» с этим Гришкой Нищиным?
– Это… я…
– Можешь не отвечать. На моего дядюшку ты работал, да? Что притих? Или я не прав?
В этот момент две мощные руки легко оторвали Аскольда от Миши Курицына-Гриля и, перекрутив в воздухе, прижали к широкой панели входных дверей. Здоровенный охранник, проделавший эту операцию, впрочем, тут же был отброшен сильным ударом ноги прямо в переносицу на столики.
На Аскольда тотчас же бросились двое и, не без труда скрутив, швырнули лицом о пол. Гриль, отряхивая брюки, медленно поднялся с пола и, срадальчески морщась, кивнул мужчине в темном пиджаке, который помог ему встать:
– Не трогайте его. Это Аскольд.
– Уберите ваши куркули, суки, – хрипел тот и пытался лягнуть ближайшего охранника правой ногой. – А-а-атпусти, мудила-а-а!! Козлодой… прошмандоб… Да я вас всех… мне одно слово сказать…
– Кто это такой, вы говорите? – спокойно спросил начальник охраны.
– Аскольд. Певец такой. Андрей Львович Вишневский, если угодно.
– А, понятно. Плямянник Романа Арсеньевича?
– Да, – раздраженно ответил Гриль, – и я советую вам отпустить этого человека.
– А что же это: он за вами с ножом гнался, а вы – защищаете? – усмехнулся тот и махнул рукой своим людям. – Отпустите его, ребята. Нам совершенно не нужны неприятности с Романом Арсеньевичем. А вот вы кто такой? – обратился он к Грилю.
– Клиент вашего ресторана, – хмуро ответил Курицын и косо посмотрел на поднимающегося с пола Аскольда.
– А вообще?
– Руководитель шоу-балета вот его… Аскольда, – произнес Гриль и после некоторой паузы прибавил:
– Вернее, бывший.
– Мы с тобой еще поговорим, – с неприкрытой угрозой пообещал Вишневский-младший.
Охранник пристально взглянул на них, и Гриль поспешил важно заявить:
– Мы не сошлись по ряду концептуальных моментов нового альбома.
С момента приобретения им вертикального положения и по мере удаления от него Аскольда возвратилась прежняя вальяжность. Начальник охраны кивнул головой и удалился.
– Мне нужен господин Адамов.
– А кто его спрашивает?
– Колесников. Начальник охраны ресторана «Рафаэль».
– Он вряд ли сможет поговорить с вами. В данный момент он очень занят.
– В половине четвертого ночи?
– Такая работа.
– Но у меня как раз насчет того, чем он сейчас занят. Я ведь тоже, некоторым образом, числюсь в его ведомстве. Я хочу передать ему, что Андрей Вишневский находится в нашем ресторане.
